Наталья Степанова — Заговоры сибирской целительницы. Выпуск 36 — читать онлайн

99. Господи, прости раба Твоего

Приими жертву слова моего, Отче мой, приими, Отче мой, лепет чада кающегося! Исправи слово мое Твоей истиной и приими его, к подножию ног Твоих приносимое. Окади жертву мою благоуханием молитвы святительской и не отринь ее, Трисолнечный Владыко светов. Жертву богаче моей приносят Тебе круги ангельские, но слово их от Тебя к ним струится и от них к Тебе возвращается, не смешанное с враждебностью тьмы и в горле грехом не сдавленное.

Нищ есмь и другого ничего не имею принести на Твой жертвенник, разве слово сие. И когда творение принес бы Тебе, слово бы принес. Ибо что есть творение, если не слово? Всю вселенную языками наполнил еси, обращаются в пламя они, Тебе вознося хвалу, и в воду, Твою хвалу нашептывая себе. И если агнца принес бы Тебе, слово бы принес.

приими его и не отринь, Господи Всемилостивый. Собрал я с нивы лишь горсть пшеницы, полной плевел, если и одно зерно примешь из руки моей, счастливым меня сделаешь Из зерна одного можешь Ты Хлеб заквасить и народы насытить им. Приими и мою лепту, Сыне Воскресителю, приими, не отринь лепты нищего. Приими жертву мою не за меня только, но за того, кто меня грешней, да найдется ли такой?

За того, кто не имеет и то, что имею я, за него приими жертву мою, но найдется ли такой? В гармошку мир сдавил меня, каждый вздох мой — стон. Пусть Ангелы Твои даруют стону моему благозвучие и Тебе его принесут, любовь моя. Помню все добро, что Ты сотворил мне в жизни моей, Спутник мой безустанный, и один лишь дар приношу Тебе.

Не себя приношу Тебе, ибо несмь достоин сгореть на пречистом жертвеннике Твоем. Смерти и тлению предназначенное не могу принести в жертву Бессмертному. Лишь то несу Тебе, что, светом Твоим осиянное, возросло в душе, то, что Слово Твое спасло от тления. Приими жертву слова моего, Триединый Цвете, приими лепет чада новорожденного.

Когда запоет хор ангельский у престола Твоего, когда загремят трубы архангельские, когда зарыдают от радости Твои мученики и святители слезы прольют в молитве о спасении Церкви Твоей, не презри жертву слова моего, Господи и Боже мой. Не презри. Но услыши. Тебе поклоняюсь и молюсь, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

По чьей воле оказался я здесь, среди этих червей? По чьей воле брошен я в пыль, в соседство змеям и добычу ястребам? Кто сбросил меня с горы высокой в спутники злодеям и безбожникам? Мой грех и правда Твоя, Господи. От сотворения мира множатся грехи мои и опережают правосудие Твое. Не счесть грехов за всю жизнь мою, грехов отца моего, грехов человеческих от начала мира.

И говорю, воистину, Господи, имя суду Твоему — милосердие. Раны отцов моих на себе ношу, сам живу в них и себя ими раню. И вот теперь проступили они на душе моей, подобно пятнам на теле жирафа, покрыли ее, словно мантия из скорпионов, жалящих душу мою. Помилуй же меня, Господи, излей небесную благодать слова Твоего и очисти меня от проказы, чтобы, исцелившись, посмел я изречь имя Твое перед другими прокаженными и чтобы не надругались они надо мною.

Помоги мне поднять хотя бы голову над этой полной червей ямой, вдохнуть ладана благоуханного и ожить. Помоги мне подняться хотя бы на высоту пальмы, чтобы мог я посмеяться над змеями, что преследуют меня и ищут ужалить в пяту. Господи, если сделал я хоть малое добро на пути земном, ради малости этой избавь меня от моих безбожных спутников.

Господи — упование мое в отчаянии. Господи — сила моя в немощи. Господи — зрение мое во мраке. Одним лишь перстом Своим коснись чела моего, и я поднимусь. Если же слишком нечист я для прикосновения Твоего, протяни мне луч из Царства Твоего и воздвигни меня, ради милости Твоей воздвигни меня из ямы, полной червей.

Пока был я отроком, учили меня старшие держаться земного и небесного, чтобы не упасть. Затянулось детство мое, и долго опирался я на посох учителей моих. Но когда вечность заструилась по мне, ощутил я себя странником в мире, и земля и небо, как хрупкий тростник, рассыпались в руках моих. Господи, сила моя, как бессильны земля и небо!

Пытаются выглядеть как несокрушимая крепость, но рядом с Тобой испаряются, словно дождевая капля на ладони. За оградами колючими прячут немощь свою и детей малых пугают. Скройтесь от меня, солнце и звезды. Отвергнись меня, земля. Не маните меня, друзья и женщины. Чем можете помочь мне вы, беспомощно стареющие и сходящие в могилы?

Дары ваши — яблоки червивые, напитки, утробы многие прошедшие. Одежды ваши — паутина, смешная наготе моей. В улыбках ваших затаилась печаль, утешать в которой меня же позовете, немощные — немощного. Господи, сила моя, до чего же бессильны земля и небо! И все зло, что творят под небесами люди, лишь исповедание бессилия их, само бессилие.

Только сильный решается делать добро. Только тот, кто от Твоей воды пьет и от Твоего хлеба питается, наполняется силой добра. Только у сердца Твоего почивающий чувствует отдых. Только пашущий у ног Твоих насладится плодами труда своего. Минуло детство мое, питавшее меня страхом и неведением, пропала надежда моя на земное и небесное. Теперь на Тебя одного взираю и Твоего взгляда держусь, колыбель моя и воскресение мое.

Вот еще немного, еще немного, и путь мой окончится. Еще немного поддержи меня, Господи-Победитель смерти, на пути, возводящем к Тебе. Ибо, чем больше приближаюсь я к Тебе, тем сильнее люди тянут меня вниз, в свою бездну. Чем больше наполняется бездна, тем тверже надежда их, что они одолеют Тебя. Воистину, чем полнее бездна, тем Ты дальше от нее.

Как глупы слуги древа познания! Не Тобой меряют они силу свою, а количеством своим. Закон правды не Твоим именем освящают, но числом своим судят о нем. Путь большинства для них есть путь истины и справедливости. Древо познания превратилось в древо преступлений, глупости и леденящей тьмы. Мудрые мира сего познали все, кроме того, что они — слуги сатаны.

Настанет День Последний, наступит и ликование для сатаны из-за жатвы обильной. А колосья-то все пусты. Но по глупости своей сатана меряет числом, а не полнотой. Один Твой колос, Господи-Победитель смерти, стоит всей жатвы сатаниной. Ибо Ты не числом меряешь, а полнотой Хлеба Жизни. Тщетны увещевания мои безбожникам:

Наталья Степанова - Заговоры сибирской целительницы. Выпуск 36 - читать онлайн

обратитесь к Древу Жизни и познаете больше, чем хотите познать. Из древа познания сатана строит вам лестницу в ад. От безбожников слышу издевки: хочешь ты с помощью Древа Жизни обратить нас к своему Богу, Которого мы никогда не видели. Воистину, никогда вам не увидеть Его. Свет Господень, от которого Серафимы затеняют очи свои, навсегда испепелит зеницы ваши.

На колени, племена и народы, на колени перед величием Божиим. Быстро падаете вы ниц перед правителями земными, а пасть к ногам Всемогущего медлите. Как же, говорите вы, разве нас, таких малых, накажет Господь? Сотворил бы Он нас могущественными и сильными, тогда бы и казнил. А сейчас, посмотри, мы чуть больше колючки на обочине необъятной вселенной, а ты грозишь, что накажет нас Тот, Чье величие несравнимо с нами.

Безумцы, когда правители ваши зовут вас на злое, от которого содрогается вселенная, не говорите вы: мы слишком малы. Только от дел света изворачиваетесь вы своей малостью и ничтожностью. Да, невелики вы видом своим, но великим именем вписаны вы в книгу судеб: праотец ваш величием и ликом сияющим архангельским обладал.

Посему и вам определены венец архангельский или казнь архангельская. Когда в сердце праотца вашего неслышно закралось желание познания творения без Творца, потемнел лик архангельский, словно земля, а величие его в пыль рассыпалось, вы же — семя его. Ибо пожелал он познать меньшее, вот и рассыпался на частицы мелкие, чтобы смог в мелкое войти, испробовать и исследовать его.

Все осколки, все частицы, все пылинки должны воссоединиться и, отвратившись от земного, обратиться к Творцу. Чтобы и праотец ваш, архангел, воссоздался из частиц и лик его вновь засиял, словно зеркало чистое, солнце отражающее. Господи, сотворивший меня, воссоздай человека таким, каким Ты сотворил его от начала.

Господи, возлюбленная тайна души моей, как же легок мир сей, когда взвесишь его на одних весах с Тобой! На одной чаше весов — озеро расплавленного золота, на другой — облако дыма. Все заботы мои, вся плоть моя, с ее содроганиями наслаждений и судорогами боли, что это, если не дым, который скрывает душу мою, плывущую по златому озеру?

Как исповедать мне тайну, которую созерцаю сквозь круги Архангелов Твоих? Можно ли рассказать о целом частями? Разве ногти на пальцах понимают тайну кровообращения тела? Воистину, онемевшему от чуда мучительно говорить с оглохшими от шума. Сначала было рождение, за ним сотворение. Подобно тому как в человеческом сердце тихо и таинственно рождается чудесная мысль и, родившись, воплощается, так же тихо и таинственно родился в Тебе Всечеловек, Сын Единородный, сотворивший потом все, что Бог может сотворить.

В Твоем непотревоженном девстве, действием Духа Святаго, Сын родился. Это было рождение Бога свыше. Что в вышних, то и в нижних, говорили в старину. Случившееся на небесах, случилось и на земле. То, что произошло в вечности, произошло на земле. Возлюблен Ты мною и любим, оттого что Ты для меня — тайна.

А всякая любовь горит и не сгорает, пока живет тайна. Раскрытая тайна — сгоревшая любовь. Вечной любовью клянусь я Тебе, как и Ты клянешься мне вечной тайной. Из семи небес облачение Твое; в глубину глубин сокрылся еси от всех очей. И все светила, слившись в единое око, не проникли бы через завесы, укрывающие Тебя.

Но не волею сокрылся Ты, великий Господи,- по несовершенству нашему. Рассыпанное и раздробленное творение не видит Тебя. Только для того Ты не сокрыт, кто стал с Тобой одно. Для того Ты не сокрыт, кто разрушил стену между «я» и «Ты». Господи, возлюбленная тайна души моей, как невесом мир сей на одних весах с Тобой! На одной чаше весов — озеро расплавленного золота, на другой — облако дыма.

Чтобы не уволили и не сократили

Господи! Как этому хлебу

Снова не бывать зерном,

Так и меня (такому-то)

С места хлебного не согнать.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Ныне, присно, во веки веков.

Аминь.

«Глубокоуважаемая Наталья Ивановна, мне дали Вашу книгу, и, прочитав ее, я поняла, что если бы кто-нибудь раньше мне подсказал все, как в Вашей книге, то и жизнь я свою прожила бы по-другому. Теперь я буду постоянной Вашей читательницей. Спасибо, что Вы есть. Позвольте мне рассказать Вам про свою беду, и, возможно, Вы ответите мне в следующей Вашей книге.

Предисловие

Святитель Николай (Велимирович; 1881-1956), епископ Охридский и Жичский — выдающийся сербский архипастырь и богослов XX столетия. Прожив долгую, полную испытаний и скорбей, но вместе с тем и радостей по Бозе жизнь, святитель оставил по себе богатейшее духовное и литературное наследие. Одну из наиболее замечательных его книг — «Молитвы на озере»,- представляющую собой удивительно проникновенную, искреннюю беседу человеческой души с Богом, мы предлагаем вниманию читателей. В настоящем издании текст приводится с незначительными сокращениями.

В течение долгих столетий душа сербского народа искала слова, в которых она смогла бы выразить свою боль, печаль, стремления и молитву. И она нашла эти слова, нашла у владыки Николая. Его словами наша немая душа молилась и рыдала, рыдала такими рыданиями и молилась такими молитвами, каких не видело наше око и не слышало наше ухо.

Владыка Николай стал богоданным языком народной души, которым она пламенно и страстно исповедала «Трисолнечного Владыку светов». Он говорит… Никогда еще человек у нас не говорил так. Он молится… Никогда еще человек у нас не молился так. Он обладает даром слова, ибо обладает даром всеобъемлющего сострадания, всеобъемлющей жалости, всеобъемлющей любви и молитвы.

До его прихода мы были в отчаянии, иссякло и замерло стремление наших душ ко Христу. С ним вострепетали мы радостью, жажда Бога пробудилась с новой силой, душа воскресла и преобразилась. В нем поселилось пламенное христолюбие Растко Неманича (мирское имя святителя Саввы Сербского) и разгорелось в бушующий пожар;

и он горит в этом пожаре, горит как жертва всесожжения за всех и вся. Поэтому именно от него мы черпаем веру и надежду в эти смутные и темные нынешние дни. Мы с вами свидетели великого чуда, свидетели удивительного и святого знака времени: первый раз блаженная вечность Святой Троицы, поселившись в юном христолюбивом Растко, преобразила его в богоносного святого Савву, второй раз божественная вечность, избрав томимого божественной жаждой Николу, на наших глазах преобразила его в богоносного владыку Николая.

Им, избранникам вечности, ведома тайна нашей православной души, знают они, как богоборческую и мятущуюся славянскую душу сделать святой и христоподобной. Со времен святого Саввы и до наших дней сербское Православие не имело такого мощного и одаренного исповедника, как владыка Николай. На него с молитвенным восхищением и надеждой будут взирать наши потомки, как мы взирали на святого Савву.

Будут они удивляться и сожалеть, что не видели того, что мы видим, и не слышали того, что мы слышим. Для них, как и для многих из нас, он станет очагом, у которого отогреваются продрогшие от скептицизма и маловерия души. Читаю и перечитываю «Молитвы на озере», но вся их неповторимая сладость вливается в мою душу, когда я читаю и перечитываю их молитвенно.

Он, чудотворец молитвенных ритмов, имеет власть над моей душой. Говорю себе: ты пленник чувств, ты чувствами мыслишь… Но когда его чудотворная молитва заструится в моей окаянной душе, вмиг чувства, эти тяжелые обручи души, распадаются и моя душа, моя раненая птица, окрыленная радостью, взлетает и летит в сладкие высоты вечности.

А расслабленное мое сердце говорит: он разбивает клетку времени и пространства, в которой задыхается твоя душа, и выпускает мотылька души в лазурь безграничной вечности. Поистине, он канал, по которому вечность вливается в мою душу, а душа входит в вечность. Он превращает чувство моего личного бессмертия в чувство личной вечности, и я становлюсь странником на земле и жителем вечности.

Он молитвой думает, молитвой философствует. Его устами говорят светоносные души великих православных подвижников. Он молитвенно чувствует Бога, молитвенно чувствует все творение. Он — в молитвенных отношениях со всеми: такое возможно только в Православии. Душа полностью собирается в молитву и, ведомая молитвой, идет через бескрайнее и непостижимое чудо, именуемое миром, ибо молитва — единственный зрячий поводырь ума, сердца и воли.

Владыка Николай говорит о Христе, ибо живет Христом. Он расширяет свою таинственную личность до богочеловеческих размеров, опытно и лично переживает боговоплощение и рождение Христа в своей душе. Это напоминает нам благодатно опытную христологию святого Макария Великого. Смысл человеческого существования — родить Христа в себе, стать богом, ибо для того Бог стал для человека Хлебом.

Когда свою молитвой напоенную душу он обращает к твари, то закипает жалостью и рыдает сотрясающим все его существо рыданием. Ибо вся тварь больна, изранена и печальна. Воистину, в его слезах кипит печаль всего творения. Воистину, его рыданием рыдают все очи и сердца. Он болеет болезнями всего творения и грустит грустью всякой твари.

Се, Господь послал нам Иова, страдающего страданиями всего человечества и всего творения. И еще, он — наш Исаия, прозорливо и вдохновенно осмысляющий страдание вообще и оправдывающий богочеловеческое страдание в особенности. Мир — больной, заболевший грехом, ибо грех — болезнь, и презрение к грешнику — презрение к больному.

Молитвой ухаживает за больным наш лекарь, молитвой лечит и излечивает. Не презирай грешников, но молись за них. Жалей и сострадай всякому творению и не осуждай. Расширь и углуби душу свою молитвой и заплачешь над тайной мира горько и безутешно. Обрати в молитву свое сердце, душу и разум, и они станут горячей неиссякаемой слезой за всех и вся.

Преосвященный молитвенник всю душу, сердце и разум свои обращает в молитву, и грехи всех грешников переживает как свои, и боль всякой твари переживает как свою, и кается за все грехи, как за свои, плачет и воздыхает. Молитва расширяет границы человеческой души до пределов Всечеловека, делает человека способным плакать слезами всех плачущих и печалиться со всеми печальными.

В дивных молитвах нашего псалмопевца струится душа Всечеловека. Границы времени и пространства исчезают, молитвы дышат небом, в них говорит уже не человек, но Всечеловек. Его христолюбивой душой мы Христа возлюбили, и пока рабы времени сражаются за тленное земное богатство, наш бесстрашный воин вечности стоит на страже наших душ, молится, кланяется, плачет и рыдает за всех и вся. Человеколюбивый Господи, даруй нам молитвенность преосвященного владыки Николая.

Для прибавления положения в обществе

«Хотелось бы знать молитву, которая помогла бы мне в моей карьере, чтобы высокостоящие люди оценили мой труд, и я мог бы продвигаться по служебной лестнице».

Господи, помоги! Господи, благослови!

Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Бог Богов, Господь Господей,

Христе Сыне Божий!

Пречистая Пресвятая Богородица,

Дева Мария, и вся небесная сила!

Вы, ангелы-хранители, людские спасители,

Архангелы, херувимы, крылатые серафимы,

Начала, престолы, господства, власти,

Несокрушимые силы, все праотцы и отцы,

Цари, пророки, апостолы-евангелисты,

Все праведники, преподобные,

Великомученики и мученики,

Святые угодники и святители,

Крестители и целители,

Все, кого я назвал и не назвал,

На меня взгляните,

Святые длани ко мне протяните,

В молитве моей помогите.

И как в Вознесение Божие

Меж землею и небом

Была невидимой связь,

И по невидимой лестнице

Сила святая вверх поднялась,

Так бы чтоб у меня (такого-то)

Положение мое поднималось,

Уважение среди всяких

Божьих людей разрасталось.

Встать бы стопе моей

С державными государями, царями,

С купцами, боярами и попами.

Красно солнышко высоко поднимается,

И ему весь люд, весь народ умиляется.

Так бы и меня чтоб люди любили, ценили,

Почитали, уважали, ценили бы и хвалили.

И как дуб растет и ветрами не склоняется,

Так пусть чин мой отныне

Растет, поднимается.

Святой Дух, на меня найди

И мою молитву возьми.

Будь же ты, молитва моя, крепка и сильна

На все светлые долгие времена.

Аминь.

18. Господи, отверзи источник слез в душе моей

Кто это смотрит на меня так пристально сквозь все звезды неба и сквозь все творения земли? Закройте очи свои, звезды небесные и твари земные; отвернитесь от наготы моей. Довольно мне того стыда, что жжет мои глаза. На что смотреть вам? На древо жизни, ссохшееся, словно придорожная колючка, жалящая прохожих и себя саму?

На что смотреть вам? На огонь небесный, тлеющий в грязи, что и не гаснет, и не светит? Пахарь, не твоя нива важна, но Господь, взирающий на труд твой. Певец, не песни твои важны, но Господь, внемлющий им. Спящий, не сон твой важен, но Господь, бдящий над ним. Не мелководье прибрежное важно — важно озеро.

Что есть время человеческое, если не волна, которая, отбежав от озера, раскаялась, что оставила его, ибо, нахлынув на раскаленный песок, пересохла? О звезды, о твари, не на меня смотрите — на Господа всевидящего. Ему все ведомо. На Него смотрите и увидите, где отечество ваше. Для чего вам смотреть на меня — образ изгнания вашего?

На отражение быстротечности и временности вашей? Господи, прекраснейший убрус мой, Серафимами золотыми украшенный, покрой меня, словно вдову, вуалью и собери в нее мои слезы, в которых кипит горе всех созданий Твоих. Господи, радость моя, будь гостем моим, чтобы не стыдился я наготы своей, чтобы жаждущие взгляды, на меня обращенные, больше не возвращались в свои дома жаждущими.

Всякая тварь меня пугала, пока был я ребенком, и всякую тварь жалею теперь, когда возрос. Пока я был ребенком, всякая тварь мне сильнее меня казалась. Теперь чувствую себя сильнее мира и жалею всех. Ибо научился я стоять с Тобой, Господи, окруженным воинством бессмертным, словно соснами горными. Из Тебя расту я, словно дерево из скалы.

Пока я был ребенком, у каждой твари учился и шел за каждой, как за учителем. И научился смерти и немощи, и научился взывать к Тебе. Искал я сильного, чтоб ухватиться за него и спастись от перемен и колебаний. И глаза мои его не видели, и уши не слышали, и нога моя, где бы ни ступала, не находила его.

Воздвигает время всех детей своих, чтобы схватиться с ними, и ломает их, и гнет, и с корнем выдирает так просто, играючи, и смеется их страху и ужасу. Бросался я к цветам и говорил себе: красотой своей они сильней меня. Но приходила осень — гибли цветы, и не мог я им помочь, но уходил в слезах и бросался к дереву высокому.

Но приходил срок, и погибали корни дерева, и на землю оно падало, словно воин побежденный, и уходил я в слезах и бросался к камню, говоря: он сильней меня, я спокоен с ним. Но приходил срок, и рассыпался камень в пыль, и ветер уносил ее, и уходил я в слезах и бросался к звездам, говоря: звезды сильнее всех, буду их держаться и не упаду.

Но обнял я звезды и начал с ними шептание тайное и услышал стоны умирающих, и от них отвернулся в слезах и к людям бросился, говоря: люди свободно движутся и ходят прямо, сила в них, буду их держатся и не упаду. Но приходил срок, и видел я сильнейшего из них, беспомощно скользящего в немую бездну времени и одного меня оставляющего.

Обозрел я в страхе всю вселенную и сказал: ты сильнее всех, вселенная, тебя буду держаться, сохрани меня от скольжения в бездну бессловесную. И ответ услышал: раньше зари вечерней утону я в бессловесной бездне, и завтра уже не я буду, но другая вселенная. Тщетно на меня надеешься: я спутник немощный.

Снова к людям я бросился, к мудрым из мудрейших, и просил совета. Но ссорились меж собой они о том, чей совет мудрее, пока смерть, взмахнув крылом, не помирила спорщиков. И обратился к людям вновь, к самым весёлым из них, и спросил, что думают. Что могли сказать мне, плотью мыслящие! Обратили в шутку и смеялись надо мной, пока смерть не подняла костыль свой и не покрыла язык их плесенью.

давно хотим тебя спросить, что ты думаешь? Постучал я с вопросом своим в дверь последнюю, открылась она, и увидел я, как выносят из нее мертвеца. Когда стало некуда стучать мне, слезы иссякли и ужас пронзил меня когтями до костей. Тогда последняя слеза скатилась на дно души моей, и стукнула в дверь неизвестную, отворилась дверь, и явился Ты, Царю мой и Отче мой, весь окруженный воинством бессмертным, словно горными соснами в неопаляющем пламени. И свет заиграл, словно арфа многогласная, и услышал я слова Твои: Я есмь Тот, Кого ищешь ты, Меня держись. Сущий — имя Мне.

43. Господи, Тебя день и ночь призываю

Человек, есть ли среди прожитых тобой дней те, что хотел бы ты вернуть? Дни эти манили тебя, как манит нежное прикосновение шелка, но, соблазнив тебя, превращались в паутину. Словно чаша, полная меда, встречали они тебя, но обращались в зловоние, полные обмана и греха. Смотри, как лужи при лунном свете напоминают чистые зеркала, а дни твоей беззаботности — прозрачные стекла.

Но когда скользил ты из одного дня в другой, обманчивые стекла разбивались, как тонкий лед, и ты брел по воде и грязи. Может ли называться днем время, ограниченное, словно вратами, утром и вечером? Господи, свете мой, об одном лишь дне тоскует душа моя, истерзанная обманом: о дне, который не закрывается вратами вечера.

О дне Твоем, который был и моим днем, когда я был одно с Тобою. Человек, печалишься ли ты о минувшем счастье твоей жизни? Вспомни былые сладости прошлого: какая из них принесла тебе больше горечи? И вот, с досадой отворачиваешься ты от вчерашнего счастья. Даны тебе лишь мгновения счастья, чтобы опечалить тебя воспоминанием о том ушедшем истинном счастье, когда ты был под покровом Источника счастья.

Даны тебе столетия скорби, чтобы пробудить тебя и вырвать из плена царства лжи. Господи, Господи, счастье мое единственное, готовишь ли Ты прибежище измученному страннику Своему? Господи, вечная юность души моей, омоешь Ты очи мои, и засияют они светом, ярче солнечного. Господи, бережно собираешь Ты слезы праведников и, как дождем, мир ими освежаешь.

Никакого зла не могут причинить мне люди, если нет во мне места язвенного. Видел я две пещеры: в одной из них обитало эхо, другая была нема. Посещали те пещеры люди: в первой дети любопытные толпились, перекликаясь с ней, другую же быстро покидали посетители, ибо не получали ответа. Если изъязвлена душа моя, на всякое зло будет откликаться она.

И стану посмешищем для людей, и всё больше будут они досаждать мне насмешками своими. Но не смогут мне повредить злоречивые, если язык мой забудет произносить злые слова. Не опечалят меня и насмешки, если нет насмешничества в сердце моем, чтобы отозваться, словно козий бубен. Не отвечу я на гнев гневом, если гнездо гнева опустеет в душе моей и некому будет проснуться в нем.

Не уколет меня никакая страсть человеческая, если мои страсти превратятся в пепел. Не огорчит меня неверность друзей, если Тебя избрал я другом своим. Не сокрушит меня и неправда мирская, если изгнана будет неправда из мыслей моих. Не соблазнят меня лживые д`ухи мирских наслаждений, почестей и власти, если душа моя будет чиста, как невеста, тоскующая о Духе Святом и Его одного приемлющая.

И никого не столкнуть людям в ад, если сам себя не столкнет. И никого людям на плечах своих не возвысить до престола Божия, если сам не возвысится. Если не распахну окна души моей, никакая грязь не налетит в нее. Пусть вся природа восстанет на меня, бессильна она против души моей, разве что до срока станет гробом тела моего.

Всякое семя посыпается навозом, чтобы скорее всходило и росло. Если душа моя, увы, оставит девство свое и примет семя мирское, должна будет принять и навоз, что мир бросает на свои нивы. Но Тебя я призываю день и ночь: вселись в душу мою и затвори все входы от врагов моих. Соделай пещеру души моей пустой и немой, чтобы никто из мира не пожелал войти в нее.

Душа моя, единственная забота моя, будь на страже, различай голоса стучащихся в тебя. А когда узнаешь голос Хозяина своего, откройся и отзовись всей силой своей. Душа моя, пещера вечности, не давай разбойникам входить в тебя и разводить костры свои в тебе. Храни безмолвие, когда разбойники ждут от тебя отклика. И жди терпеливо Хозяина своего. Воистину, придет Он.

40. Господи, молитвой очищаю очи веры моей

Если б мог я из камня сотворить музыкантов, танцовщиков из песка озерного, из всех листьев, в горах шелестящих, сделать певцов, чтобы помогли они мне Господа славить. Чтобы и голос земли зазвучал в хоре ангельском. Набросились сыны человеческие на трапезу отлучившегося Хозяина, никого не благодарят, кроме себя, хвалят угощение богатое, что рано или поздно в землю вернется.

Прискорбна слепота человеческая, не видящая славы и силы Божией. На горе птица живет — горы не видит. В воде рыба плавает — воды не видит. Крот в земле роется — земли не видит. Воистину, прискорбно подобие человеческое птицам, рыбам и кротам. Люди, словно животные, перестают замечать то, чего слишком много, и распахивают глаза свои лишь на диковины и чудеса невиданные.

Слишком щедр Ты, Господи, дыхание мое, потому не замечают Тебя люди. Слишком очевидно существование Твое, Господи, воздыхание мое, потому более внимательны они к жизни белых медведей полярных и диковин заморских. Слишком усердно служишь Ты рабам Своим, верность сладчайшая, потому и презрели Тебя они.

Слишком рано встаешь Ты, чтобы засияло солнце над озером, потому не терпят Тебя ленивые. Слишком ревностно ночные кадила на небосводе возжигаешь Ты, усердие непостижимое, но нерадивое сердце человеческое охотнее слышит о рабе беспечном, нежели о ревностном. О Господи мой возлюбленный, если бы хватило сил у меня позвать всех земнородных и воспеть гимн Тебе!

Молитвой очищаю очи веры моей, чтобы не потерять во мгле Тебя, звезда моя светлейшая. Для чего Богу молитва твоя? — спрашивают меня рабы земли. Истину глаголете, сыновья земные. Для чего Полярной звезде бинокль мореплавателя, если видит она без бинокля? И не спрашивайте меня, если уж знаете, зачем мореплавателю бинокль.

Молитва мне нужна, чтобы мне не потерять из вида звезду спасительную, а не затем, чтобы ей не потерять меня. Что сталось бы с внутренним зрением моим, если бы не упражнялся я в молитве? Не упражняются ли упорно воины земные, чтобы видеть острее далекие предметы? Не упражняются ли ткачи шелка, чтобы различать нити тончайшие?

Как же не упражнять мне зрение веры моей, чтобы видело оно острее единственное сокровище мое? Уловленный иллюзиями в сеть, едва нашел я малую лазейку, неужели потеряю ее из вида? Запомните, спутники мои, высока цена боговидения. Вы, богатствами жертвующие, чтобы видеть роскошь экватора и северного сияния, приготовьтесь дать б!

ольшую плату за созерцание Того, по сравнению с Которым роскошь экватора — нищета, а сияние севера — свеча сальная. Если же всю свою жизнь за лицезрение Его дадите, знайте: дали вы лишь мелкую монету. Но милосерден Он и благ и не требует от вас сверх сего. Вы, тело упражняющие, не забывающие об упражнении рук, ног, головы и шеи, разве вы мыслящие существа, вы, самураи?

Мыслящие ли вы существа, если считаете, что ваша вера в Бога станет и останется зрячей без упражнения? Все небо звездное, видевшее опыт отцов ваших,- свидетель мне, что ослепнет вера ваша, если и прозреет вдруг когда-нибудь. И взамен сокровища потерянного останется одно название обманчивое. На три дня завяжите глаза свои и увидите, как будет резать их свет солнечный.

На три часа прервите связь с Богом и почувствуете, как больно снова видеть свет Его. Спрашиваете меня, сколько длится молитва моя. Поймете ли, если отвечу: молитва моя дольше дней моих? Ибо своей молитвой я и вашу веру упражнять должен, и открывать глаза ее, и являть ей в!идение и Виденного. Воистину, молитвой своей и свои, и ваши дни наполняю.

Непрестанно совершаю каждение вере своей, чтобы не ослепили ее образы земные. Непрестанно призываю все круги ангельские укрепить мою молитву вечной ангельской их молитвенностью, чтобы удостоиться узреть ту славу и красоту, которые в полноте открыты зрению их. О спутники мои, как величественно в`идение веры! Клянусь вам, если бы это ведали, молитва ваша ни отдыха, ни конца бы не знала.

К вам молюсь, огненные Серафимы: кто первым ощутил присутствие Сына Девы в мире? Бесы ощутили первыми присутствие Его и страхом исполнились. За страхом следует раболепие, за раболепием — дерзость. Поистине, злодеи и преступники трепещут при появлении судьи и узна`ют его первыми. Праведнику неизвестен судья, ибо не помышляет о нем и его не ожидает.

Грех не заставляет его озираться и чутко вздрагивать в страхе от появления его. К вам молюсь, Херувимы: откройте, как ощутили бесы присутствие Сына Девы в мире? Как тьма свет ощущает. Что к свету наиболее чувствительно, если не тьма? Камни, и цветы, и животные спят на рассвете и не чувствуют приближения дня, тьма же чувствует близость пожирателя своего и в тревоге к бегству готовится.

Так и бесы прежде всех земнородных, которые были чище бесов, узнали о приближении Сына Девы. К вам молюсь, Престолы: откройте, как одолел бесов Сын Девы? Только над земным являют бесы силу свою. Небо взирает на них, как на зло, заведомо побежденное. Когда хозяин приходит на ниву свою, воры, завидев его, бегут к ограде и ищут лазейку, чтобы выскочить.

К вам молюсь, Силы и Господства: каковы четыре победы, Сыном Девы в мире одержанные? Четыре победы эти в сокрушении четырех зол, одно из другого истекающих, словно река мутная из мутного источника. Первая победа — над бесами, от которых приходит грех. Вторая победа — над грехом, от которого происходит болезнь.

Третья победа — над болезнями, которые производят смерть. Четвертая — над смертью. К вам молюсь, Власти и Начала: откройте, какая из побед Его наибольшая? Ни одна не больше другой и не меньше. Но первая есть первая, а последняя — последняя. Второй не могло быть без первой, третьей без первой и второй, четвертой без первых трех.

Все четыре единую четырехкратную победу составляют, озарившую восток, запад, север и юг, весь мир существующий. К вам молюсь, Архангелы и Ангелы: откройте, кто может стяжать благодать победы Сына Девы? Тот, кто может познать ее, да познает, да ощутит и да воспримет. Тот, кто познает, да поклоняется Ему день и ночь.

Тот, кто ощутит, да восплачет от радости, что ощутил ее, и возрыдает от стыда, что ощутил так поздно. Тот, кто стяжает, да похоронит в себе сына жены и сам станет сыном девы. К вам молюсь и вам кланяюсь, сонмы мучеников святых и святителей, познавших и стяжавших благодать побед Его. Со всеми Силами Небесными молитесь Ему за нас грешных, стоящих на поле брани.

70. Господи, помоги мне заново родиться

Все творения Твои, словно пчелы вокруг цветущей вишни, роятся вокруг Тебя, Господи. Одни теснят других, оспаривают один у другого право на сыновство, каждый видит в другом пришельца. Все предъявляют права на Тебя больше Тебя Самого. Полнота же Твоя, Господи, льется через край и питает всех, сладость неисчерпаемая.

Все насыщаются и отлетают голодными. Самым голодным остается людской рой, не потому, что у Тебя, Хозяин щедрый, нет пищи для людей, но не знают люди своей пищи и дерутся с гусеницами за кусок зелени. Прежде всех сотворенных Тобой, прежде времени и скорби сотворил Ты, Господи, человека в сердце Своем.

Человека первым Ты задумал, но на четках сотворения его очередь пришла последней. Так же как садовник вскапывает землю и сажает сухие колючки, думая о розе. Так же как зодчий, задумывая храм, прежде мысленно видит сверкающие купола, которые возведет последними. До начала творения первым человека родил Ты в сердце Своем.

Помоги языку моему смертному найти имя человеку тому — сиянию Твоей славы, песни Твоего блаженства. Могу ли всечеловеком назвать его? Ибо так же как он пребывал в сердце Твоем, так и ум его уже содержал весь явленный мир вместе с человечеством и вестниками его. Как воспеть мне Тебя, Господи, из гущи роя голодных гусениц, носимого порывами ветра, вся жизнь которого проходит в этом вихре?

Господи, сон мой денный и нощный, Сам помоги мне воспеть Тебя, чтобы ничто в сердце моем не превзошло Тебя. Всякое дыхание да хвалит Тебя, Господи, но не ради Тебя — ради нас самих, чтобы, величая Тебя, мы возрастали. Велик Ты, Господи. Воистину, слишком велик, чтобы гимны наши могли сделать Тебя более великим. Когда всех роящихся насекомых порыв ветра унесет с цветущей вишни, останется она в своем прежнем величии и великолепии весенней красоты.

Не проветрена келья души моей, а Ты стучишься в двери ее, Душе Святый. Подожди лишь миг, проветрю келью от нечистых духов и отворю Тебе. Если же немедля открою Тебе, не войдешь Ты в келью мою, полную дурных запахов, и отвратишься от дверей моих навеки. Об одном только мгновении прошу Тебя, Гость мой дорогой.

Горе мне и позор! Как долог миг этот! Еще немного, и вся моя жизнь земная поместится в него. А Ты терпеливо ждешь у дверей, прислушиваясь к дыханию моему. Бесстыдны и дерзки незваные гости мои, заполнившие келью мою. Шагну ли к окну, чтобы открыть его, тянут за руки назад. Рванусь ли к двери, чтобы ощутить животворящее присутствие Твое, вяжут мне ноги.

Так приучили меня к смраду своему, что вздрагиваю от дохновения свежести и трепещу от новизны. Только бы успеть мне раскрыть двери Тебе, Господи! Нет! Даже ценою жизни своей рабской настежь я раскрою окна кельи, именем Пречистой Девы Богородицы и Сына Ея изгоню вон мерзких господ и тиранов души моей.

не оставь меня одного на обрывистом пути к вечному блаженству Пресвятой Троицы. Д!уше огненный, неотделимый от девства вечного, пронзи душу мою, очисти, освяти ее, облагоухай ее ладаном небесным, вселись в нее, соделай невестой Своей, чтобы зачала она песню мудрости Божией, чтобы раскрылось в ней око вечности. Ты, не знающий сна и с первым лучом встающий, научи меня бодрствовать неуссыпно и ожидать терпеливо.

Постом радую надежду свою на Тебя, грядущий Господи. Пост ускоряет приготовление к пришествию Твоему, ожидание единственное дней и ночей моих. Пост истончает плоть мою, чтобы оставшееся легче было духом освятить. В ожидании Тебя не желаю кровью питаться, чью-то жизнь отнимая, чтобы радость ожидания разделили со мною и животные.

Но, воистину, не спасет меня одно воздержание от пищи. Даже если одним песком озерным питаться стану, не придешь Ты ко мне, если пост не войдет глубоко в душу мою. В молитве открылось мне, что пост телесный — символ поста истинного, полезный начинающим в уповании на Тебя, но обременительный тому, кто только им ограничится.

Потому и приобщил я к посту душу свою, чтобы очистить ее от множества женихов дерзких и, словно невесту, приготовить для Тебя. И внес пост и в ум свой, чтобы изгнать из него мечтания о мирском и разрушить все з!амки воздушные, возведенные из мечтаний этих. Чтобы ум мой освободился от мира и приготовился принять мудрость Твою.

И внес я пост в сердце свое, чтобы умертвить в нем все страсти и пристрастия мирские. Чтобы мир небесный неизреченно овладел сердцем моим, когда снизойдет на него Дух Твой пламенный. И наложил я пост на язык свой, чтобы отвык он от многословия и воздержанно произносил те слова, которые прокладывают дорогу пришествию Твоему.

И связал я постом заботы свои, чтобы отогнал он их, словно ветер, отгоняющий туман. Чтобы не висели они пеленой густой между Тобой и мной и не возвращали к миру взгляд мой. И пост принес в душу мою смирение пред миром тварным и нетварным и кротость пред людьми и всеми тварями. И влил в душу мою храбрость, о которой не ведал, пока вооружался был всем оружием мира.

Чем было бы упование мое без поста, если не пустословием, прошедшим чрез многия уста, пока моих не достигло? Ложный пост сопутствует надежде ложной, отсутствие поста сопутствует безнадежности. Но, словно колесо, идущее вслед колесу, истинный пост идет за упованием истинным. Помоги мне, Господи, радостно поститься и радостно уповать, Радость из радостей и праздников Праздник, грядущий ко мне с улыбкой солнечной.

Троице Единосущная, помоги мне родиться заново. Напрасно мучаюсь, стараясь очиститься в русле, полном грязи, по которому течет река жизни моей. Не защититься мне от потоков мутных, стекающих из долины в реку мою. Возведи меня на гору высокую и вновь соделай меня источником чистым. Даю обет Тебе: побегу по камням горным и не помутнею впредь.

Отразишь Ты лице Свое во мне и узнаешь его. Ангелы Твои станут спускаться в меня и нечистот`ы не почувствуют. Ни одна ива не бросит тени на воду мою, и ни одна змея не отважится плыть по водоворотам моим ледяным. Помоги мне только начать сначала.. Даю обет Тебе — соткать новую ризу из нитей новых. Довольно я намучился, латая одежды ветхие новыми заплатами.

Отрывались заплаты, рассып!алось старье, и нагота нечистая ударяла стыдом по лицу. Рикши мудрые у подножия гор Гималайских рассуждают о новых рождениях; говорят, их число превышает число песчинок морских. Но к чему рождения эти, если подобны они вратам, ведущим из темницы в темницу? Об одном рождении молю Тебя — о рождении от Духа.

Рожден я от воды и крещен водою и влачусь по земле мутным потоком. Се, рождение от воды лишь прообраз рождения от Духа. И крещение водой — прообраз крещения огненного. Водой закаляются воины — Духом победители созидаются. Не попусти, Господи, воину Твоему до конца жизни биться и закончить битву свою поражением.

Да родится во мне победитель, который не усомнится ни на миг, что рожден для победы. Вода рождает войско поражения, Дух рождает войско победы. Троице Единосущная, помоги мне родиться заново. Да явится во мне человек, каков он в замысле Твоем от начала времен,- силою Твоей препоясанный, мудростью Твоей увенчанный, чистотою Твоей осиянный.

Чтобы входила Ты чрез очи мои, а не мир. Чтобы Тебя лишь сердце мое жаждало. Чтобы от Тебя только душа моя во чреве имела. Не оставь меня, Троице Пресвятая, да не умру я ветхим человеком, да не изорвусь, как платье ветхое, тщетно латанное да так и не залатанное. Мир ветхость внес в душу мою. По всей душе печатей своих наставил, чтобы болела от них она, чтоб умерла, страхами переполнившись.

Когда родится вновь душа моя в костях моих, тогда и кости обретут силу и молодость. И одна лишь печать в душе моей будет — печать Духа Святаго. Всуе мир будет трудиться заклеймить меня, словно овцу: не найдет он места для клейма своего. Ибо Твоей печатью новорожденный отмечен будет, Твоей жизнью исполнен, Троице Единосущная Животворящая.

В полдень к озеру приходят дети и купаются в воде озерной и в свете солнечном. Господи, вся природа невинностью восхищается. Рабы изможденные и измученные, солнце и озеро преображаются в присутствии детей. Преображается озеро в величественный храм Божий, когда дети входят в него, первосвященник-солнце приходит в волнение, когда лучи его перекрещиваются с лучами детских душ.

«Пустите детей приходить ко мне»,- шепчет вся природа,- и вы поймете, что и я дитя. С разорителями своими и я разорителем становлюсь, с детьми же и я дитя. Бездушным я кажусь бездушной, для святителей я — алтарь. Кто ищет во мне зверя, тем шлю навстречу зверя, кто ищет во мне Бога — явлю Его. Грешники убийцей меня именуют, праведники — жертвенником.

Только невинности открываюсь я невинностью, и только детям Божиим как дитя Божие. «Пустите детей приходить ко Мне»,- возглашает Сын Божий, и одни лишь дети приходят к Нему. Геенне огненной подлежат те, кто преграждает детям путь к Сыну Божию. Ибо не приходят сами и не дают приходить другим. Почему, Господи, почему детей ищешь?

— вопрошают сотворенные и нерожденные Рожденного и Несотворенного. Словно идолы каменные, духом мирским влекомые, таковы они. Жизнью внутренней движим Рожденный и Несотворенный, и дух мира бежит от Него. Оттого, что и Сам Я — дитя, детей ищу. Обманщики обманщика видят во Мне, безбожники — безбожника, власть предержащие — бунтовщика.

Фарисеи спрашивают: «Кто Сей?» — и не могут вместить; мудрецы мирские пытаются уловить Меня в сети своей мудрости. Только дети знают Меня, ибо и Я — дитя. Как дитя, не принадлежу Я Сам Себе и, как дитя, не ищу славы Себе. Как дитя, не творю ничего от Себя и, как дитя, не мыслю ничего от Себя. Но, как дитя, думаю то, чему учит Отец Мой, и говорю то, что слышу от Него, и творю то, что у Него вижу.

Дети перестают быть детьми, Я же никогда не перестаю. Дети перестают быть детьми из-за злых учителей своих, возбраняющих им пребывать постоянно со Мной и научающих их старящей мудрости мира. Я не перестаю быть ребенком, ибо питаюсь вечно юной мудростью неба. Блаженны те, кто в зрелости отвратился от учителей своих и мертвящей мудрости той, старящей, делающей больными и несущей смерть.

Того, кто ко Мне обратится, кого мир состарил, ребенком сотворю, и, как дитя вечное, будет царствовать во Царствии Моем, закрытом для старцев мирских. Говорю вам, Царство Мое есть царство детей. Воистину, не узрят сотворенные света Царствия Божия, но узрят рожденные. Распадутся идолы каменные, духом мирским влекомые, и ветер прахом их играть будет.

А дети Жизни истинной войдут в жизнь вечную. Лучезарный Господи, Дитя вечное в недрах Святой Троицы, помоги мне невинностью твоей — величайшей силой всех миров — родиться от Духа Святаго. Да не распадусь и не развеюсь по ветру, как идол каменный, миром сотворенный. Да быть мне, как младенцу рожденному, неразлучно с Тобою в вечности, о Царь невинных и невинности.

17. Господи, призри на немощь мою

Пустыми, какими же пустыми стали для меня советы мудрецов человеческих, с тех пор как Твоя мудрость потрясла разум и сердце мои, Святый Боже! Не верят свету Твоему те, кого темные похотения сердец влекут в пропасть. Камень, падающий с горы, не найдет преграды. Чем пр`опасть круче и глубже, тем стремительнее и неудержимее падение камня.

Одно греховное желание, одержав победу, возбуждает второе, второе — третье, до тех пор пока все доброе в человеке не иссякнет, а все злое, что в нем было, не хлынет бурным потоком и не разрушит в нем храм Духа Святаго. Когда презирающие святыни начнут презирать самих себя и учителей своих; когда сластолюбцы задохнутся от смрада сластолюбия своего;

когда те блага, ради которых убивали они соседей своих и разрушали чужие дома, станут обличать мерзость их,- тогда украдкой воздевают они глаза к небу и всем своим обезумевшим, гноящимся существом вопиют: Святый Боже! Словно стрела раскаленная, жжет мое сердце тщеславие их силою своею, с тех пор как познал я всесильную руку Твою, Святый Крепкий!

Воздвигают башни каменные и говорят: мы строим лучше твоего Бога. Разве вы или отцы ваши создали звезды? — спрашиваю их. А они гордятся: мы и под землей нашли свет, мы знаем больше твоего Бога. А кто сокрыл под землю свет, чтобы вы нашли его? — спрашиваю их. Летают по воздуху и надменно говорят: вот, мы сделали себе крылья, где же Бог твой?

Святый Крепкий! Как скорблю я о том, что люди так ценят жизнь эту быстротечную, с тех пор как познал я сладость бессмертия Твоего, Святый Бессмертный! Близорукие, лишь эту жизнь видят они, видят и говорят: делами нашими сделаем ее бессмертной. Отвечаю им: если начало жизни вашей подобно реке, должно оно иметь исток;

если подобно оно дереву, то должно иметь корень; если лучу света оно подобно, где солнце от которого исходит? И еще говорю: среди смертных ищете бессмертия своего? — Разводите вы огонь в воде. Но когда посмотрят они в лицо смерти, страх перехватит дыхание и ужас сожмет сердца их. Когда вдохнут запах тления плоти мертвых невест своих;

когда опустят в могилу друзей, с лицами, на которых печать смертная; когда обнимут бездыханные тела сыновей; когда узнают, что ни цари властью своей не могли откупиться от смерти, ни герои силою своею, ни мудрецы мудростью,- тогда почувствуют они леденящее дыхание смерти, и падут на колени, и склонят головы свои над побежденной гордостью своей, и возопят к Тебе: Святый Бессмертный, помилуй нас!

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Твоя молитва
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock detector