Молитва чтобы парень написал сообщение

Как научиться молиться своими словами?

Однажды, как мы с вами помним из Евангелия от Матфея, ученики задали Христу вопрос о том, как правильно молиться: «Господи, научи нас молиться, как Иоанн (имеется в виду Иоанн Креститель. – Примеч. сост.) научил учеников своих». Господь Иисус Христос ответил: «Когда молитесь – говорите: «Отче наш, сущий на небесах. Да святится имя Твое…»» и т.д.

Когда мы с вами обращаем внимание на эту молитву (очень короткую, значительно более короткую, чем наши любимые каноны и акафисты), то видим, что в ней мы вроде бы ничего особенного и не просим у Бога. Только «хлеб наш насущный дай нам днесь», «остави нам долги наши» и «избави нас от лукавого». Не так уж много на фоне многочисленных житейских неурядиц и происшествий. Оказывается, все, что предлагает Бог попросить у Него, очень коротко и очень просто. Он предлагает нам не быть многословными и не просить того, в необходимости чего для самих себя мы НИКОГДА не можем быть уверены до конца. Объясню на примере. Однажды некая прихожанка настойчиво молила Господа, чтобы он помог ее сыну избежать службы в армии, так как она очень боялась, что он попадет в «горячую точку». Сына действительно не приняли в армию – у него нашли скрытую форму туберкулеза, и он вскоре умер. Можно ли считать ее молитву услышанной? Мы сами не ведаем, чего для себя просим и как это потом отразится на нашей жизни. Может быть, основной нашей просьбой должна стать такая: «Господи, научи меня хотеть только того, что мне действительно нужно, и избави меня от желания того, что мне не полезно»?

А вот еще один аспект правильной молитвы. Вот свт. Иоанн Златоуст говорит: «Христос дал нам образец молитвы, научая нас, что быть услышанным Богом зависит не от множества слов, а от бдительности души». Это тоже очень важный момент. Мы, конечно, обращаем внимание на подвиги тех или иных святых, когда читаем, например, в житии: сколько-то ночей подвижник стоит на камне. Сколько-то ночей другой, повторяя его подвиг, тоже ночью выходит и молится так, чтобы умолить Бога остановить бедствие или спасти кого-то. Что святой при этом делает? Просто слова произносит или всего себя обращает к Богу? Молиться – значит кровавый пот проливать, а не устами только слова повторять. И как часто, когда мы пытаемся следовать по этому пути, нами руководит иллюзия, что все получится, если мы будем, например, молиться больше или молиться ночами. Если мы найдем какие-то правильные тексты. Если мы, наконец, выучим церковнославянский язык, чтобы понимать, что произносим.

Да, безусловно, понимать то, что произносим, – это очень важный момент. И ночная молитва возносит наш ум к Богу. Но только при соответствующем настрое сердца. Ведь Богу все равно, днем мы молимся или ночью, по-церковнославянски или по-русски. Богу нужно наше стремление к Нему и наше желание творить Его волю – волю истинную и полную любви. Если же мы просто механически повторяем те или иные слова, сказать о том, что мы молимся, можно лишь с большой натяжкой.

А в заключение, чтобы было понятнее, что же такое молитва своими словами, я продолжу слова свт. Феофана о молитве: «Вчера я показал вам один способ воспитания в себе духа молитвенного, именно: сообразное со своим назначением совершение наших молитвословий. Но здесь полагается только начало науке молитвенной, надо идти далее. Припомните, как учатся, например, языкам. Сначала заучивают слова и обороты речи по книгам. Но на этом одном не останавливаются, а стараются помощью его доходить, и действительно доходят до того, что сами, без пособия заученного, ведут правильно долгую речь на изучаемом языке. Так надо поступать и в деле молитвы. Навыкаем мы молиться по молитвенникам, молясь посредством готовых молитв, переданных нам Господом и Святыми Отцами, преуспевшими в молитве. Но на этом одном останавливаться не должно; надо далее простираться и, навыкнувши умом и сердцем обращаться к Богу со стороннею помощью, надо делать опыты возношения к Нему – и своего собственного, доходить до того, чтоб душа сама своею, так сказать, речью вступала в молитвенную беседу с Богом, сама возносилась к Нему и Ему себя открывала и исповедовала, что есть в ней и чего желательно ей.

И сему надо учить душу. Укажу вам коротко, что должно делать, чтоб успеть в сей науке.

И навык с благоговением, вниманием и чувством молиться по молитвенникам к сему же ведет. Ибо как из сосуда переполненного сама собою изливается вода, так из сердца, посредством молитвословий исполнившегося святых чувств, сама собою начнет исторгаться своя к Богу молитва. Но есть и особые, к сей исключительно цели обращенные правила, которые и да положит себе исполнять всякий, желающий успеха в молитве.

Отчего это, скажите, сколько лет иногда молятся по молитвенникам – и все еще не имеют молитвы в сердце? Между прочим, думаю, оттого, что только в то время несколько и напрягаются возноситься к Богу, когда совершают молитвенное правило; во все же прочее время и не вспомнят о Боге. Кончат, например, свои утренние молитвы и думают, что в отношении к Богу все тем и исполнено; затем целый день – только дело за делом, а к Богу и не обратятся; разве к вечеру придет на мысль, что вот опять скоро надо становиться на молитву и совершать свое молитвословие. От сего бывает, что, если и дает Господь какое доброе чувство утром, его заглушает суета и многодельность дня. Оттого же и вечером не бывает охоты молиться, человек никак не совладает с собою, чтобы хоть немного умягчить свою душу, и молитва вообще худо спеется и зреет. Вот эту неправость (не всеобщую ли почти?) и надобно исправить, т.е. надо сделать так, чтоб душа не тогда только к Богу обращалась, когда стоишь на молитве, но и в продолжение всего дня, сколько можно, непрерывнее возносилась к Нему и пребывала с Ним. Для сего надобно в продолжение дня чаще к Богу из сердца взывать краткими словами, судя по нужде души и текущим делам. Начинаешь что, например, говори: «Благослови, Господи!» Кончаешь дело, говори: «Слава Тебе, Господи!», и не языком только, но и чувством сердца. Страсть какая подымется, говори: «Спаси, Господи, погибаю». Находит тьма помышлений смутительных, взывай: «Изведи из темницы душу мою!» Предстоят неправые дела и грех влечет к ним, молись: «Настави мя, Господи, на путь» или: «Не даждь во смятение ноги моея». Грехи подавляют и влекут в отчаяние, возопи мытаревым гласом: «Боже, милостив буди мне грешному». Так и во всяком случае. Или просто почасту говори: «Господи, помилуй»; «Владычице Богородице, помилуй мя»; «Ангеле Божий, Хранителю мой Святый, защити меня» – или другим каким словом взывай. Только сколько можно чаще делай сии воззвания, всяко стараясь, чтоб они из сердца исходили, как бы выжатые из него. Когда будем так делать, частые будут у нас совершаться умные к Богу восхождения из сердца, частые к Богу обращения, частая молитва, а это учащение сообщит навык умного с Богом собеседования.

Но чтоб душа так взывать стала, надобно наперед заставить ее все обращать во славу Божию – всякое свое дело, большое и малое. И это есть второй способ, как научить душу чаще днем обращаться к Богу. Ибо если положим себе в закон исполнять сию заповедь апостольскую, чтоб вся во славу Божию творить, даже аще ямы или пиемы (1Кор. 10:31), то непременно при каждом деле вспомним о Боге, и вспомним не просто, а с опасливостию, как бы не поступить в каком случае неправо и не оскорбить Бога каким-либо делом. Это и заставит со страхом к Богу обратиться и молитвенно просить помощи и вразумления. Как мы почти непрестанно что-либо делаем, то почти непрестанно будем к Богу обращаться молитвенно, и, следовательно, почти непрерывно проходить науку молитвенного в душе к Богу возношения.

Но чтобы и это, т.е. делание всего во славу Божию, душа исполняла как должно, надобно настроить ее к сему с раннего утра, с самого начала дня, прежде чем изыдет человек на дело свое и на делание свое до вечера. Настроение сие производится Богомыслием. И это есть третий способ обучения души к частому обращению к Богу. Богомыслие есть благоговейное размышление о Божественных свойствах и действиях и о том, к чему ведение их и их к нам отношение нас обязывает; есть размышление о благости Божией, правосудии, премудрости, всемогуществе, вездесущии, всеведении, о творении и промышлении, об устроении спасения в Господе Иисусе Христе, о благодати и слове Божием, о свв. Таинствах, о Царстве Небесном. О каком из сих предметов ни стань размышлять, размышление сие непременно исполнит душу благоговейным к Богу чувством. Стань размышлять, например, о благости Божией, увидишь, что ты окружен милостями Божьими и телесно, и духовно, и разве только камень будешь, чтоб не пасть пред Богом в излиянии уничиженных чувств благодарения. Стань размышлять о вездесущии Божием – уразумеешь, что ты всюду пред Богом, и Бог пред тобою, и не можешь не исполниться благоговейным страхом. Стань размышлять о всеведении Божием, познаешь, что ничто в тебе не сокрыто от ока Божия, и непременно положишь быть строго внимательным к движениям сердца своего и ума, чтоб не оскорбить как-нибудь всевидящего Бога. Стань рассуждать о правде Божией – и уверишься, что ни одно худое дело не останется без наказания, и непременно положишь очистить все грехи свои сердечным пред Богом сокрушением и покаянием. Так, о каком свойстве и действии Божием ни стань рассуждать, всякое такое размышление исполнит душу благоговейных к Богу чувств и расположений. Оно прямо к Богу устремляет все существо человека и есть потому самое прямое средство к тому, чтобы приучить душу к Богу возноситься. Самое приличное и удобное для сего время есть утро, когда душа еще не обременена множеством впечатлений и деловыми заботами, и именно после утренней молитвы. Кончишь молитву – сядь и с освященною в молитве мыслию начинай размышлять ныне об одном, завтра о другом Божием свойстве и действии и соответственное тому в душе произведи расположение. «Иди, – говорил свт. Димитрий Ростовский, – иди, святое богомыслие, и погрузимся в размышление о великих делах Божиих» – и проходил мыслию или дела творения и промышления, или чудеса Господа Спасителя, или Его страдания, или другое что, растрогивал тем сердце свое и начинал изливать душу свою в молитве. Так и всякий может делать. Труда немного, желание только и решимость надо; а плода много.

Так вот три способа, как, кроме молитвенного правила, научить душу молитвенно к Богу возноситься, именно: посвящать утром несколько времени на богомыслие; всякое дело обращать во славу Божию и часто обращаться к Богу краткими воззваниями. Когда утром хорошо будет совершено богомыслие, оно оставит глубокое настроение к помышлению о Боге. Помышление о Боге заставит душу всякое действие свое – и внутреннее, и внешнее – осторожно содевать и во славу Божию обращать. А то и другое – в такое поставят душу положение, что из нее почасту будут исторгаться молитвенные воззвания к Богу. Эти три – богомыслие, всего во славу Божию творение и частые воззвания – суть самые действительные орудия умной и сердечной молитвы. Всякое из них возносит душу к Богу. Кто положил упражняться в них, тот скоро приобретет навык восхождения полагать в сердце своем к Богу. Труд в сем походит на восход на гору. Чем выше поднимется кто на гору, тем свободнее и легче дышит. Так и здесь: чем больше кто навыкает показанным упражнениям, тем выше подымет душу и, чем выше подымится душа, тем свободнее будет действовать в ней молитва. Душа наша по природе есть обитательница горнего мира Божественного. Там бы ей следовало быть неисходно и мыслию, и сердцем; но груз земных помышлений и пристрастий влечет и тяготит ее долу. Показанные способы отрывают ее от земли мало-помалу, а там и совсем оторвут. Когда же совсем оторвут, тогда душа вступит в свою область и будет сладостно обитать горе – здесь сердечно и мысленно, после же и самым существом своим сподобится пред лицем Бога пребывать в ликах Ангелов и святых. Чего да сподобит всех вас Господь благодатию Своею»8.

И да будет вам всем по вере вашей! Аминь!

1. МОЛИТВА-ВСТРЕЧА

Молитва — это встреча с Богом Живым. Христианство дает человеку непосредственный доступ к Богу, Который слышит человека, помогает ему, любит его. В этом коренное отличие христианства, например, от буддизма, где во время медитации молящийся имеет дело с неким безличным сверхбытием, в которое он погружается и в котором растворяется, но Бога как живую Личность он не чувствует. В христианской молитве человек ощущает присутствие Бога Живого.

В христианстве нам раскрывается Бог, ставший Человеком. Когда мы стоим перед иконой Иисуса Христа, мы созерцаем Бога Воплотившегося. Мы знаем, что Бога невозможно представить, описать, изобразить на иконе или картине. Но можно изобразить Бога, ставшего Человеком, — такого, каким Он явился людям. Через Иисуса Христа как Человека мы раскрываем для себя Бога. Это раскрытие происходит в молитве, обращенной ко Христу.

Через молитву мы узнаем, что Бог участвует во всем, что происходит в нашей жизни. Поэтому беседа с Богом должна быть не фоном нашей жизни, но ее главным содержанием. Между человеком и Богом существует множество барьеров, которые преодолеваются только с помощью молитвы.

Часто спрашивают: зачем нужно молиться, просить у Бога что-либо, если Бог и так знает, что нам нужно? На это я бы ответил так. Мы молимся не для того, чтобы у Бога что-то выпросить. Да, в каких-то случаях мы просим у Него конкретной помощи в тех или иных житейских обстоятельствах. Но главным содержанием молитвы должно быть не это.

Бог не может быть лишь “вспомогательным средством” в наших земных делах. Главным содержанием молитвы должно всегда оставаться само предстояние Богу, сама встреча с Ним. Молиться нужно для того, чтобы побыть с Богом, соприкоснуться с Богом, ощутить присутствие Бога.

Однако встреча с Богом в молитве происходит не всегда. Ведь даже встречаясь с человеком, мы далеко не всегда можем преодолеть разделяющие нас барьеры, сойти в глубины, часто наше общение с людьми ограничивается лишь поверхностным уровнем. Так и в молитве. Порой мы чувствуем, что между нами и Богом — словно глухая стена, что Бог нас не слышит.

Но мы должны понять, что этот барьер поставлен не Богом: мы сами своими грехами воздвигаем его. По словам одного западного средневекового богослова, Бог всегда рядом с нами, но мы бываем далеки от Него, Бог всегда слышит нас, но мы не слышим Его, Бог всегда внутри нас, но мы -снаружи, Бог в нас дома, но мы в Нем чужие.

Будем помнить об этом, когда готовимся к молитве. Будем помнить о том, что всякий раз, вставая на молитву, мы соприкасаемся с Богом Живым.

О молитве механической

Есть мнение, что все уже в том или ином виде когда-то было. Были опробованы и разные способы «быть услышанными» и достичь своих целей.

Например, в Средние века была очень популярна алхимия – предшественница современной химии. Алхимия основывалась на гипотезе (кстати, абсолютно верной), что мир материальный и мир духовный взаимосвязаны. Они не существуют просто как два разделенных состояния. Они где-то пересекаются. Соответственно алхимики были убеждены: если узнать правильные формы взаимодействия видимого и невидимого миров, то окажется возможным все, в том числе и переход материи из одного состояния в другое, превращение свинца в золото.

Возможно, если бы алхимики ставили себе другие цели, то достигли бы большего успеха. Но все их усилия стали сосредотачиваться на материальном аспекте. И когда Церковь в Средние века столкнулась с алхимическими опытами, то она выступила противником их именно потому, что полагала: мир сотворен Богом таким, какой есть. Не нужно его переделывать. Нужно научиться жить в нем так, чтобы и человеку, и миру было хорошо. Чтобы мы, являясь таким же творением Божьим, как растения или животные, пребывали со всей тварью в гармонии. Если Господь, даровав нам Духа Святого и дар словесный, поставил нас владычествовать над остальной тварью, разве не ответим мы за то, как хозяйничали в мире? Разве не взыщет Он с нас, как с нерадивого раба из притчи Евангельской, который в отсутствие хозяина пил, гулял и бил других, а когда пришел хозяин, был жестоко наказан за свое нерадение?2 Или как раб верный, которого хозяин наградил и приблизил к себе?3

Среди текстов, которые алхимики пытались использовать при опытах с химическими веществами, были в том числе и тексты молитв. Но алхимик полагал: совершенно неважно, понимает он, что значит текст, или нет. Не имеет значения знание смысла – важно точное знание текста и неких дополнительных слагаемых, ритуальных действий: очерчивания магического круга, рисования печати Соломоновой (пентаграммы) и пр.

Мы, как те самые алхимики, зачастую считаем, что молитва требует обязательно тех или иных условий. Молитва требует храма. Если не в храме – нет молитвы. Обычен вопрос: «Зачем вы пришли в храм?», как обычен и ответ: «Помолиться». Хороший ответ. Прекрасный. Но недостаточный. Ведь личной, тайной молитвой человек призван молиться абсолютно в любом месте и в любое время. А в храм ходят не только для молитвы. Храм – это место, где совершается богослужение и Таинства. Храм – это место общей молитвы, в процессе которой из отдельных людей слагается Церковь видимая и невидимая. Место, где в Святых Дарах к нам нисходит Сам Господь Иисус Христос. В храме мы молимся соборно – сообща. А лично мы должны молиться, как и призывает нас апостол Павел, во всякое время и на всяком месте.

Из мученического, страдальческого и победного опыта гонений на нашу Церковь в советские годы мы знаем, что молитва спасала людей, находящихся в совершенно нечеловеческих условиях: в лагерях и на лесоповале, в литейных цехах и карцерах, в психиатрических клиниках и тюрьмах. Молитва нужна нам сама по себе, она уместна в любое время и в любом деле.

Конечно, хорошо, когда есть икона. Хорошо, когда есть возможность зажечь свечу или лампаду. Хорошо, когда есть возможность уединиться. Замечательно. Но является ли это все гарантией того, что, собственно говоря, мы будем услышаны? Ведь все перечисленные действия, которые мы совершаем, становясь на молитву, есть ритуал. Сами по себе, без нашего сердечного горения, без слезного воздыхания и покаянного плача, без радости и благодарности, которыми горят наши сердца, ритуальные действия мертвы, как мертвы были обряды фарисеев, ждущих Бога и не принявших Его, потому что Он эти самые обряды нарушал и представлениям о правильном религиозном поведении не соответствовал.

Конечно, ритуалы и обряды нужны. Они дисциплинируют тело, настраивают ум, тренируют волю. Но они всегда лишь средства, и никогда – цель. Цель наша – это молитва, разговор души с Богом.

Наверное, каждый человек, который хотя бы раз взывал к Богу с тем или иным прошением, убеждался, что после произнесения слов молитвы отнюдь не каждый раз небеса отверзались и оттуда протягивалась рука, которая дающая просимое. Почему так? Неужели потому, что там никого нет? Иногда, не выпросив себе желаемого, многие перестают молиться и теряют веру. А ведь апостол Иаков в своем Соборном послании объясняет: Про́сите и не получаете, потому что просите не на добро, а чтобы употребить для ваших вожделений (Иак. 4:3).

Часто приходится разговаривать с молодыми людьми, которые четко формулируют: «Я раз попросил, два попросил, три попросил – ничего не происходит. Значит, ничего нет». И для них это совершенно логично. Если нажимаешь на кнопку и не получаешь результата, значит пульт от телевизора не работает. Такая вот железная логика бытовой техники переносится на отношения с Богом. И наоборот, иногда с удивлением говорят: «Знаешь, я Его попросил – и случилось. Значит, Он действительно есть?»

К Богу нельзя подходить с человеческими мерками. Бог не обязан исполнять наши желания! Более того, есть желания, исполнить которые просто преступно. Бог видит все содеянное и не содеянное нами: в Его бытии нет времени, как в нашем. Он – Творец всего сущего, в том числе и нас, и нашего времени. Мы движемся по сложной траектории в пространстве и во времени, подчиняясь физическим законам, Он – Господин времени и пространства. Он вне этих категорий. Он знает все, поэтому знает, что можно исполнить, а что – нет. У нас нет кнопки от Бога, у Бога же есть власть над нами. Но Бог даровал нам свободу выбора между добром и злом. И если просим мы не на добро, Бог «не слышит» нас – не исполняет наших просьб.

А как же наши молитвы? Да, и у молитвы, как у всякого искусства, есть степени мастерства. Первая из них – молитва «механическая», читательная. Но даже такой молитве нам надо учиться.

«Кажется, что может быть проще и естественнее для нас, как не молитва, или сердца к Богу устремление? А между тем оно не у всех и не всегда бывает. Его надо возбудить и возбужденное укрепить, или, что то́ же, надо воспитать в себе дух молитвенный. Первый к сему способ есть – читательное, или слушательное, молитвословие. Совершай как следует молитвословие – и непременно возбудишь и укрепишь восхождение в сердце твоем к Богу, или войдешь в дух молитвенный», – говорит свт. Феофан Затворник.

«В молитвенниках наших помещены молитвы свв. Отцов – Ефрема Сирианина, Макария Египетского, Василия Великого, Иоанна Златоуста и других великих подвижников. Будучи исполняемы духом молитвенным, они изложили внушенное сим духом в слове и передали то нам. В молитвах их движется великая сила молитвенная, и кто всем вниманием и усердием приникает в них, тот в силу закона взаимодействия непременно вкусит силы молитвенной по мере сближения настроения своего с содержанием молитвы. Чтоб молитвословие наше сделать нам действительным средством к воспитанию молитвы, надо так совершать его, чтобы и мысль, и сердце воспринимали содержание молитв, составляющих его. Укажу для сего три самых простых приема: не приступай к молитвословию без предварительного, хотя краткого, приготовления, не совершай его кое-как, а со вниманием и чувством и не тотчас по окончании молитв переходи к обычным занятиям.

Пусть молитвословие есть у нас самое обычное дело, но никак нельзя, чтоб оно не требовало приготовления. Что обычнее чтения или писания для умеющих читать и писать? Между тем, однако ж, садясь писать или читать, не вдруг начинаем дело, а медлим несколько пред тем, по крайней мере столько, чтоб поставить себя в пригодное положение. Тем паче необходимы пред молитвою приготовительные к молитве действия, особенно тогда, когда предшествовавшее занятие было совсем из другой области, нежели к какой относится молитва.

Итак, приступая к молитвословию утром или вечером, постой немного, или посиди, или походи и потрудись в сие время отрезвить мысль, отвлекши ее от всех земных дел и предметов. Затем помысли, кто Тот, к Кому обратишься ты в молитве, и кто ты, имеющий начать теперь сие молитвенное к Нему обращение, – и соответственно тому возбуди в душе настроение самоуничиженного и благоговейным страхом проникнутого предстояния Богу в сердце. В этом все приготовление – благоговейно стать пред Богом, – малое, но не малозначительное. Тут полагается начало молитвы; доброе же начало – половина дела.

Так установившись внутренне, стань затем пред иконою и, несколько положив поклонов, начинай обычное молитвословие: «Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе! – Царю Небесный, Утешителю, Душе истины, прииди и вселися в ны» и прочее. Читай неспешно, во всякое слово вникай и мысль всякого слова до сердца доводи, сопровождая то поклонами. В этом все дело чтения молитвы, Богу приятного и плодоносного. Вникай во всякое слово и мысль слова до сердца доводи, иначе – понимай, что читаешь, и понятое чувствуй. Других правил не требуется. Эти два – понимай и чувствуй, – исполненные как следует, украшают всякое молитвословие полным достоинством и сообщают ему все плодотворное действие. Читаешь: «очисти ны от всякия скверны» – восчувствуй скверноту свою, возжелай чистоты и уповательно взыщи ее у Господа. Читаешь: «остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим» – и в душе своей всем прости, и сердцем все всем простившим проси себе у Господа прощения. Читаешь: «да будет воля Твоя» – и в сердце своем совершенно предай Господу участь твою и беспрекословную изъяви готовность благодушно встретить все, что Господу угодно будет послать тебе. Если будешь так действовать при всяком стихе молитвы твоей, то у тебя будет надлежащее молитвословие.

Чтоб успешнее можно было совершать его таким образом, вот что сделай:

1) имей молитвенное правило, с благословения духовного отца твоего, небольшое – такое, которое мог бы ты исполнять неспешно, при обычном течении твоих дел;

2) прежде чем молиться, в свободное время вчитывайся в молитвы, входящие в твое правило, пойми полно каждое слово и прочувствуй его, чтоб тебе наперед знать, что при каком слове должно быть у тебя на душе, а еще лучше, если положенные молитвы заучишь на память. Когда сделаешь так, то во время молитвословия легко тебе будет понимать и чувствовать. Останется одно затруднение: мысль летучая все будет отбегать на другие предметы. Тут вот что надо:

3) надо употребить напряжение на сохранение внимания, зная наперед, что мысль отбегать будет. Потом, когда во время молитвы она отбежит, возврати ее; опять отбежит – опять возврати; так всякий раз. Но всякий же раз, что прочтено будет во время отбегания мысли и, следовательно, без внимания и чувства, снова прочитывать не забывай; и, хоть бы мысль твоя несколько раз отбегала на одном месте, несколько раз читай его, пока не прочтешь с понятием и чувством. Одолеешь однажды это затруднение – в другой раз, может быть, оно не повторится или повторится не в такой силе. Так надо поступать, когда мысль отбегает и рассеивается. Но может быть и то, что иное слово так сильно подействует на душу, что душе не будет хотеться простираться далее в молитвословии, и хоть язык читает молитвы, а мысль все отбегает назад, к тому месту, которое так подействовало на нее.

В таком случае: 4) остановись, не читай далее; а постой вниманием и чувством на том месте, попитай им душу свою или теми помышлениями, которые оно будет производить. И не спеши себя отрывать от сего состояния; так что, если время не терпит, оставь лучше недоконченным правило, а этого состояния не разоряй. Оно будет осенять тебя, может быть, и весь день, как Ангел Хранитель! Такого рода благодатные воздействия на душу во время молитвословия означают, что дух молитвы начинает внедряться, и, следовательно, сохранение сего состояния есть самое надежное средство к воспитанию и укреплению в нас духа молитвенного.

Наконец, кончишь свое молитвословие, не тотчас переходи к занятиям каким- либо, а тоже немного хоть постой и подумай, что это тобою совершено и к чему тебя сие обязывает, стараясь, если дано что восчувствовать во время молитвы, сохранить то и после молитвы. Впрочем, если кто точно совершит свое молитвословие как следует, тот и сам не захочет скоро озабочиваться делами. Таково уж свойство молитвы! Что предки наши говорили, возвратясь из Царьграда: кто вкусит сладкого, не захочет горького; то сбывается со всяким, хорошо помолившимся во время своего молитвословия. И ведать должно, что вкушение сей сладости молитвы и есть цель молитвословия и что если молитвословие воспитывает дух молитвенный, то именно чрез сие вкушение.

Если будете исполнять сии немногие правила, то скоро узрите плод труда молитвенного. А кто исполняет их и без сего указания, конечно, уже вкушает сей плод. Всякое молитвословие оставит след молитвы в душе, непрерывное продолжение его в том же порядке вкоренит ее, а терпение в сем труде привьет и дух молитвенный. Его ж да дарует вам Господь, молитвами Пречистой Владычицы нашей Богородицы!

Это я указал вам первый, начальный, способ воспитания духа молитвенного, т.е. сообразное со своим назначением совершение молитвословия, дома утром и вечером и здесь в храме. Но это – не все еще. Другой способ, если Бог поможет, укажу завтра. Аминь»4.

2. МОЛИТВА-ДИАЛОГ

Молитва — это диалог. Она включает в себя не только наше обращение к Богу, но и ответ Самого Бога. Как и во всяком диалоге, в молитве важно не только высказаться, выговориться, но и услышать ответ. Не всегда ответ Бога приходит непосредственно в минуты молитвы, иногда это происходит несколько позже.

Через молитву мы можем многое узнать о Боге. Молясь, очень важно быть готовым к тому, что Бог нам откроется, но Он может оказаться иным, чем мы Его себе представляли. Часто мы совершаем ошибку, приступая к Богу с собственными представлениями о Нем, и эти представления заслоняют от нас реальный образ Бога Живого, который Сам Бог может нам открыть.

Нередко люди в своем сознании создают некоего идола и этому идолу молятся. Этот мертвый, искусственно созданный идол становится препятствием, барьером между Богом Живым и нами, людьми. “Создай себе ложный образ Бога и попробуй молиться ему. Создай себе образ Бога немилостивого и жестокого Судии — и попробуй молиться ему с доверием, с любовью” — замечает митрополит Сурожский Антоний.

Ответ Бога может приходить различным образом, но молитва никогда не бывает безответной. Если мы не слышим ответа, значит, что-то не в порядке в нас самих, значит, мы еще недостаточно настроились на тот лад, который необходим, чтобы встретиться с Богом.

Есть прибор, называемый камертоном, его используют настройщики роялей; этот прибор дает чистый звук “ля”. И струны рояля должны быть натянуты так, чтобы звук, который они издают, находился в точном соответствии со звуком камертона. До тех пор, пока струна “ля” не натянута должным образом, сколько бы вы ни ударяли по клавишам, камертон будет молчать.

Но в тот момент, когда струна достигает необходимой степени натяжения, камертон, этот металлический безжизненный предмет, вдруг начинает звучать. Настроив одну струну “ля”, мастер затем настраивает и “ля” в других октавах (в рояле каждая клавиша ударяет по нескольким струнам, это создает особую объемность звучания). Потом он настраивает “си”, “до” и т. д., одну октаву за другой, пока, наконец, весь инструмент не будет настроен в соответствии с камертоном.

Так должно происходить и с нами в молитве. Мы должны настраиваться на Бога, настраивать на Него всю свою жизнь, все струны своей души. Когда мы настроим свою жизнь на Бога, научимся исполнять Его заповеди, когда Евангелие станет нашим нравственным и духовным законом и мы начнем жить в соответствии с заповедями Божиими, тогда мы начнем чувствовать, как душа наша в молитве отзывается на присутствие Божие, подобно камертону, который отзывается на точно натянутую струну.

Молитва-покаяние

Об одном виде молитвы, наверное, стоит поговорить более подробно – о покаянии. Покаянная молитва, безусловно, как никакая другая, нуждается в личном нашем переживании, в личном нашем участии. Если благодарить можно словами общими, если даже просить можно словами общими, в молитвослове написанными, то говорить «я виноват» и при этом просто перечислять некий перечень, из книги выписанный, наверное, не совсем правильно. Покаяние в понимании христианском – личное переживание. Мы просим Бога вмешаться именно в нашу жизнь, именно нашу жизнь изменить.

В исповеди не нужна красота. Нам не нужно красиво изложить грех, чтобы священник заслушался. В исповеди совсем не важна форма, не имеет значения, в какой последовательности вы расскажете о содеянном. В исповеди, как нигде, необходима искренность, и только искренность. Вот, я сегодня и сейчас чувствую это. Я сегодня и сейчас хочу измениться и прошу Бога мне в этом помочь.

Давайте попробуем научиться для себя разделять исповедь как церковное Таинство и исповедь как молитву. Исповедь, как и молитва, может происходить в течение всего дня. В любое время я слежу за собой и замечаю: сейчас сказал не то, а сейчас пошел не туда и посмотрел не так, помыслил дурное. Если я уже научился соотносить себя в первую очередь с личностью Христа, то, подумав или совершив что-то неподобающее, осеняю себя крестным знамением или просто произношу про себя: «Господи, прости! Господи, помилуй!» – так я исповедую свой грех. А приходя на исповедь как на церковное Таинство, я в первую очередь должен вычленить из множества своих прегрешений главное, что я по-настоящему желаю отринуть, оставить, от чего хочу очиститься, что имею решимость и упование больше никогда не совершать, от чего хочу спастись, пока этот грех или страсть не взяли меня в плен.

Человек в силу своей падшей природы подвержен страстям. Более того, когда мы говорим о том, что молитва – это разговор души с Богом, обращение к Невидимому, проникновение в духовный мир, то не будем забывать о том, что в духовном мире действует не только Бог. В нем действует еще и «темная сила» – падшие духи, или бесы.

Безусловно, падшие духи всегда, до самого последнего момента нашей с вами земной жизни будут прикладывать усилия к тому, чтобы нас погубить: отвратить от общения с Богом, от Его спасительной Благодати. А погубить нас, сбить с нашего духовного пути бесы могут очень просто: улавливая на всевозможных страстях, всевозможных людских слабостях. Человек – это не только духовное или материальное существо. Человек – это союз души и тела, союз двух миров – духовного и физического. И как существо, обладающее телом, он подчиняется физическим законам нашего мира, зачастую преувеличивая для себя значение физического здоровья, материального благополучия, эмоций, которые приносят вкусная еда, мягкая постель, хорошая погода. Но еще раз возвратимся к прошению, выраженному в Господней молитве «Отче наш». О чем мы просим? О хлебе насущном. Не о хлебе приятном, или вкусном, или свежем, или вообще о пирожном! Только – о насущном, т.е. необходимом. И когда мы действительно научимся просить о хлебе насущном – тогда мы и будем довольны. Тогда мы будем получать то, что нам нужно. Ведь хлеб насущный в этой молитве не только хлеб в виде буханки или рогалика. Это то, что по-настоящему необходимо человеку для поддержания его жизни – как биологической, так и духовной.

У Бога нет иллюзий, будто человек может прожить без пищи или без отдыха. Поэтому когда Христос встречает учеников уже после Своего Воскресения, в одной ситуации Он у них просит поесть, а в другой Сам им говорит: «Приходите обедать». Бог прекрасно знает, что человеческий организм нуждается в пище, в отдыхе. Поэтому, например, в Евангелии мы видим: после того как были накормлены пять тысяч человек пятью хлебами, Он отправляет своих учеников отдохнуть. Богу прекрасно известно, что наши силы ограничены.

Вот так связываются в молитве наши прошения и нужды телесные с нуждами духовными. А возвращаясь к разговору о видах молитвы, напомню, что существуют прошение, покаяние и благодарение. Все три типа молитвы, с одной стороны, должны присутствовать в нашей жизни ежедневно. А с другой стороны, есть такая церковная служба, в которой они все собраны воедино. Это – Литургия.

Не случайно русская православная традиция соединила два великих Таинства – Исповедь (Покаяние) и Причащение. Не случайно, что вкушению Небесного Хлеба предшествует покаяние на Исповеди, прошение на ектениях, а уже потом, в центре, стоит благодарение – Евхаристия. Такими ступенями человек восходит к Богу. И мы понимаем, что на самом деле если мы всерьез задумаемся о взаимоотношениях Бога и себя, то очень редко бываем достойны у Бога не только что-то получать, но даже и попросить.

Приведу типичный пример из жизни, о котором не хочется, но нужно говорить. Как только задаешь людям, абсолютно уверенным в том, что они православные, вопрос, какая заповедь первая, они называют что угодно, кроме «возлюби Бога своего всем сердцем своим». Ну не помнят! Не помнят, что, оказывается, все, что мы делаем, имеет смысл не как «моральный кодекс строителей коммунизма», не как некое духовное обрамление Уголовного кодекса, а как система личностных взаимоотношений, основанная на четком понимании иерархичности мира. Что в основе всего – Первопричина, Бог. Бог-Творец и человек как личность, которую Бог поднимает до Себя.

Пока я себя не подготовил к этой встрече, я не могу и просить у Него ничего. А как я могу себя подготовить? Покаянием. Хоть как-то подготовив себя к покаянию, я могу приступать к прошению. Ведь не зря же Спаситель изрек притчу о брачных одеждах. Не имея брачных чистых одежд, как дерзаем мы приступить к Божественной Трапезе? Как придем на пир к Царю?

Сколько раз мне самому приходилось говорить: «Вот я сегодня пришел в храм с вопросом, с просьбой, и услышал ответ. На проповеди, в Писании, от случайного человека, может быть, но Бог нашел возможность ответить мне». Много раз эти слова произносили другие люди, так что опыт этот не единичный, не уникальный. Это церковная практика, которая может быть использована любым. «Имеющий уши, да слышит…»

Для того же, чтобы быть услышанными, нужно молиться от чистого сердца. Для того чтобы быть услышанными, нужно молиться, подготовив себя к молитве. Для того чтобы быть услышанными, нужно понимать, что вся наша жизнь, все обстоятельства, все, что с нами происходит, – это ответ Бога на наши молитвы. Не нужно удивляться, что иногда ответ нас не устраивает. Мы разговариваем не с учеником, а с Учителем. Не с подчиненным, а с Творцом всей Вселенной. Бог дает ответ каждому, главное для человека – научиться Его слушать и слышать!

4. КРАТКИЕ МОЛИТВЫ

Часто спрашивают: как нужно молиться, какими словами, на каком языке? Некоторые даже говорят: “Я не молюсь, потому что не умею, не знаю молитв”. Для молитвы не нужно никакое специальное умение. С Богом можно просто беседовать. На богослужении в Православной Церкви мы употребляем особый язык — церковнославянский.

Молитва должна быть очень простой. Преподобный Исаак Сирин говорил: “Вся ткань молитвы твоей да будет немногосложна. Одно слово мытаря спасло его, и одно слово разбойника на кресте сделало его наследником Царства Небесного”.

Вспомним притчу о мытаре и фарисее: “Два человека вошли в храм помолиться: один фарисей, а другой мытарь. Фарисей, став, молился сам в себе так: «Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи, или как этот мытарь; пощусь два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что приобретаю».

Мытарь же, стоя вдали, не смел даже поднять глаз на небо; но, ударяя себя в грудь, говорил: «Боже! будь милостив ко мне, грешному!»” (Лк. 18:10—13). И эта краткая молитва спасла его. Вспомним и разбойника, который был распят с Иисусом и который сказал Ему: “Помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое” (Лк. 23:42). Одного этого было достаточно, чтобы он вошел в рай.

Молитва может быть предельно краткой. Если вы только начинаете свой молитвенный путь, начните с очень коротких молитв — таких, на которых вы сможете сосредоточиться. Богу не нужны слова — Ему нужно сердце человека. Слова вторичны, первостепенное же значение имеет то чувство, настроение, с которым мы приступаем к Богу.

Приступить к Богу без чувства благоговения или с рассеянностью, когда во время молитвы наш ум блуждает на стороне, гораздо опаснее, чем сказать в молитве неправильное слово. Рассеянная молитва не имеет ни смысла, ни ценности. Здесь действует простой закон: если слова молитвы не дошли до нашего сердца, они не достигнут и Бога.

Как иногда говорят, такая молитва не поднимется выше потолка комнаты, в которой мы молимся, а ведь она должна достичь небес. Поэтому очень важно, чтобы каждое слово молитвы было нами глубоко пережито. Если мы не способны сосредоточиться на длинных молитвах, которые содержатся в книгах Православной Церкви — молитвенниках, попробуем свои силы в молитвах кратких: “Господи, помилуй”, “Господи, спаси”, “Господи, помоги мне”, “Боже, милостив буди мне, грешному”.

Один подвижник говорил, что, если бы мы могли со всей силой чувства, от всего сердца, всей душой сказать одну только молитву “Господи, помилуй”, — этого было бы достаточно для спасения. Но проблема заключается в том, что, как правило, мы не можем сказать этого от всего сердца, не можем сказать этого всей нашей жизнью. Поэтому, чтобы быть услышанными Богом, мы бываем многословны.

Будем помнить, что Бог жаждет нашего сердца, а не наших слов. И если мы будем обращаться к Нему от всего сердца, то непременно получим ответ.

Список использованной литературы

Филарет Московский (Дроздов), свт. Православный катехизис. М.: Паломник, 1998.

Феофан, Затворник Вышенский, свт. Собрание писем: в 2 т. М.: Правило веры, 2000.

Феофан, Затворник Вышенский, свт. Четыре слова о молитве. М., 1993.

Священник Григории Михнов-Вайтенко родился 3 сентября 1967 года в г. Москве, где провел детство и юность. По окончании школы поступил на сценарный факультет ВГИКа. Работал режиссером на Центральном телевидении возглавлял коммерческие теле-, кинопроизводственные и вещательные компании. С 2003 по 2008 год – генеральный директор Православного телеканала «Благовест». В 2008 году архиепископом Новгородским и Старорусским Львом рукоположен в диаконы, а 13 февраля 2009 года – принял священнический сан. Служит в Георгиевском храме г. Старая Русса.

5. МОЛИТВА И ЖИЗНЬ

Молитва сопряжена не только с радостями и обретениями, которые происходят благодаря ей, но и с кропотливым ежедневным трудом. Иногда молитва приносит огромную радость, освежает человека, дает ему новые силы и новые возможности. Но очень часто бывает, что человек не расположен к молитве, ему не хочется молиться.

Так вот, молитва не должна зависеть от нашего настроения. Молитва — это труд. Преподобный Силуан Афонский говорил, “Молиться — это кровь проливать”. Как и во всяком труде, со стороны человека требуется усилие, подчас огромное, чтобы даже в те минуты, когда молиться не хочется, принудить себя к этому. И такой подвиг окупится стократно.

Но почему нам порой не хочется молиться? Я думаю, главная причина здесь заключается в том, что наша жизнь не соответствует молитве, не настроена на нее. В детстве, когда я занимался в музыкальной школе, у меня был прекрасный учитель по классу скрипки: его уроки бывали иногда очень интересными, а иногда очень трудными, причем зависело это не от его настроения, а от того, насколько хорошо или плохо я подготовился к уроку.

Точно так же и с молитвой. Если наша жизнь не является подготовкой к молитве, то и молиться нам бывает очень трудно. Молитва — это индикатор нашей духовной жизни, своеобразная лакмусовая бумажка. Мы должны выстраивать свою жизнь таким образом, чтобы она соответствовала молитве. Когда, произнося молитву “Отче наш”, мы говорим:

Молитва чтобы парень написал сообщение

“Господи, да будет воля Твоя”, — это значит, что мы всегда должны быть готовы к тому, чтобы исполнять волю Божию, даже если эта воля противоречит нашей человеческой воле. Когда мы говорим Богу: “И остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим”, — мы тем самым берем на себя обязательство прощать людей, оставлять им их долги, потому что, если мы не оставляем долги нашим должникам, то, по логике этой молитвы, и Бог не оставит нам наших долгов.

Итак, одно должно соответствовать другому: жизнь — молитве и молитва — жизни. Без этого соответствия не будет у нас успеха ни в жизни, ни в молитве.

Не будем смущаться, если нам трудно молиться. Это означает, что Бог ставит перед нами новые задачи, причем решать их мы должны и в молитве, и в жизни. Если мы научимся жить по Евангелию, то научимся и молиться по-евангельски. Тогда и жизнь наша станет полноценной, духовной, истинно христианской.

6. ПРАВОСЛАВНЫЙ МОЛИТВОСЛОВ

Молиться можно по-разному, например, своими словами. Такая молитва должна постоянно сопутствовать человеку. Утром и вечером, днем и ночью человек может обращаться к Богу с самыми простыми, идущими из глубины сердца словами.

Но есть также молитвословия, которые еще в древности были составлены святыми, их нужно читать, чтобы учиться молитве. Эти молитвословия содержатся в “Православном молитвослове”. Там вы найдете церковные молитвы утренние, вечерние, покаянные, благодарственные, найдете различные каноны, акафисты и многое другое. Купив “Православный молитвослов”, не пугайтесь, что в нем так много молитв. Вы не обязаны все их читать.

Если утренние молитвы прочитать быстро, это займет примерно двадцать минут. Но если их читать вдумчиво, внимательно, отзываясь сердцем на каждое слово, то чтение может занять и целый час. Поэтому если у вас нет времени, не пытайтесь прочитать все утренние молитвы, лучше прочитайте одну-две, но так, чтобы каждое их слово дошло до вашего сердца.

Перед разделом “Молитвы утренние” говорится: “Прежде чем ты начнешь молиться, постой немного до тех пор, пока не утихнут твои чувства, и затем с вниманием и благоговением произнеси: «Во имя Отца и Сына и Святаго Духа. Аминь». Постой еще немного и только потом начинай молиться”. Эта пауза, “минута молчания” перед началом церковной молитвы, очень важна.

В молитвослове много прошений, обращенных к Богу, которые повторяются несколько раз. Например, вы можете встретить рекомендацию прочитать “Господи, помилуй” двенадцать или сорок раз. Некоторые воспринимают это как какую-то формальность и вычитывают эту молитву на большой скорости. Между прочим, по-гречески “Господи, помилуй” звучит как “Кирие, элейсон”.

В русском языке есть глагол “куролесить”, который произошел именно от того, что псаломщики на клиросе очень быстро по много раз повторяли: “Кирие, элейсон”, то есть не молились, а “куролесили”. Так вот, в молитве не нужно куролесить. Сколько бы раз вы ни читали эту молитву, она должна быть произнесена со вниманием, благоговением и любовью, с полной отдачей.

Молитва чтобы парень написал сообщение

Не нужно стараться вычитать все молитвы. Лучше посвятите двадцать минут одной молитве “Отче наш”, повторяя ее несколько раз, вдумываясь в каждое слово. Не так-то легко бывает человеку, не привыкшему подолгу молиться, сразу вычитывать большое количество молитв, но к этому и не надо стремиться. Важно проникнуться тем духом, которым дышат молитвы Отцов Церкви. Вот главная польза, которую можно извлечь из молитв, содержащихся в “Православном молитвослове”.

7. МОЛИТВЕННОЕ ПРАВИЛО

Что такое молитвенное правило? Это молитвы, которые человек прочитывает регулярно, ежедневно. Молитвенное правило у всех разное. У одних утреннее или вечернее правило занимает несколько часов, у других — несколько минут. Все зависит от духовного устроения человека, от степени его укорененности в молитве и от того, каким временем он располагает.

Очень важно, чтобы человек исполнял молитвенное правило, пусть даже самое краткое, чтобы в молитве были регулярность, постоянство. Но правило не должно превращаться в формальность. Опыт многих верующих показывает, что при постоянном вычитывании одних и тех же молитв их слова обесцвечиваются, утрачивают свежесть, и человек, привыкая к ним, перестает на них сосредотачиваться. Эту опасность нужно стараться всеми силами избегать.

Помню, когда я принял монашеский постриг (мне тогда было двадцать лет), я обратился за советом к опытному духовнику и спросил его, какое у меня должно быть молитвенное правило. Он сказал: “Ты должен ежедневно вычитывать утренние и вечерние молитвы, три канона и один акафист. Что бы ни случилось, даже если ты очень устал, ты обязан их прочитать.

И если даже ты вычитаешь их поспешно и невнимательно — не важно, главное -чтобы правило было вычитано”. Я попробовал. Дело не пошло. Ежедневное чтение одних и тех же молитв привело к тому, что эти тексты быстро надоедали. К тому же, каждый день я много часов проводил в храме на службах, которые меня духовно питали, насыщали, окрыляли.

А вычитывание трех канонов и акафиста превращалось в какой-то ненужный “довесок”. Я начал искать другой совет, более мне подходящий. И нашел его в творениях святителя Феофана Затворника, замечательного подвижника XIX века. Он советовал молитвенное правило исчислять не количеством молитв, а тем временем, которое мы готовы посвятить Богу.

Например, мы можем взять себе за правило молиться утром и вечером по полчаса, но эти полчаса должны быть полностью отданы Богу. И не так важно, читаем ли мы в течение этих минут все молитвы или только одну, или, может быть, один вечер мы целиком посвятим чтению Псалтири, Евангелия или молитве своими словами.

Главное, чтобы мы были сосредоточены на Боге, чтобы внимание наше не ускользало и чтобы каждое слово доходило до нашего сердца. Этот совет мне подошел. Я, впрочем, не исключаю, что для других более подходящим окажется полученный мною совет духовника. Здесь многое зависит от индивидуальности человека.

Мне кажется, что для человека, живущего в миру, не только пятнадцати, но даже и пяти минут утренней и вечерней молитвы, если, конечно, она произносится с вниманием и с чувством, достаточно, чтобы быть настоящим христианином. Важно только, чтобы мысль всегда соответствовала словам, сердце отвечало на слова молитвы, а вся жизнь соответствовала молитве.

Попробуйте, следуя совету святителя Феофана Затворника, выделить какое-то время для молитвы в течение дня и для ежедневного исполнения молитвенного правила. И вы увидите, что это очень скоро принесет плоды.

8. ОПАСНОСТЬ ПРИВЫКАНИЯ

Каждый верующий сталкивается с опасностью привыкания к словам молитв и рассеянности во время молитвы. Чтобы этого не происходило, человек должен постоянно бороться с собой или, как говорили Святые Отцы, “стоять на страже своего ума”, учиться “заключать ум в слова молитвы”.

Молитва чтобы парень написал сообщение

Как этого достичь? Прежде всего, нельзя позволять себе произносить слова, когда и разум и сердце на них не отвечают. Если вы начали читать молитву, но в середине ее ваше внимание отклонилось, вернитесь к тому месту, где внимание рассеялось, и повторите молитву. Если нужно, повторите ее три раза, пять, десять раз, но добейтесь того, чтобы все ваше существо на нее откликнулось.

Однажды в храме ко мне обратилась женщина: “Батюшка, я много лет читаю молитвы — и утром, и вечером, но чем больше их читаю, тем меньше они мне нравятся, тем меньше я чувствую себя верующей в Бога. Мне настолько приелись слова этих молитв, что я на них уже не реагирую”. Я ей сказал: “А вы не читайте утренние и вечерние молитвы”.

Она удивилась: “То есть как?” Я повторил: “Бросьте, не читайте их. Если на них ваше сердце не отзывается, вы должны найти другой способ молитвы. Сколько времени занимают у вас утренние молитвы?” — “Двадцать минут”. — “Вы готовы каждое утро посвящать двадцать минут Богу?” — “Готова”. — “Тогда возьмите одну утреннюю молитву — на выбор — и читайте ее в течение двадцати минут.

Прочитайте одну ее фразу, помолчите, подумайте, что она значит, потом прочитайте другую фразу, помолчите, задумайтесь над ее содержанием, повторите ее снова, подумайте, соответствует ли ей ваша жизнь, готовы ли вы жить так, чтобы эта молитва стала реальностью вашей жизни. Вы произносите: «Господи, не лиши мене небесных Твоих благ».

Молитве надо учиться. Нужно работать над собой, нельзя позволять себе, стоя перед иконой, произносить пустые слова.

На качестве молитвы сказывается и то, что ей предшествует и что за ней следует. Невозможно сосредоточенно молиться в состоянии раздражения, если, например, мы перед началом молитвы с кем-то поссорились, на кого-то накричали. Значит, в то время, которое предшествует молитве, мы должны внутренне к ней готовиться, освобождаясь от того, что мешает нам молиться, настраиваясь на молитвенный лад.

Молитва чтобы парень написал сообщение

Молитва только тогда ценна, когда мы чувствуем, что благодаря ей в нас что-то меняется, что мы начинаем жить по-иному. Молитва должна приносить плоды, и эти плоды должны быть ощутимы.

9. ПОЛОЖЕНИЕ ТЕЛА ПРИ МОЛИТВЕ

В практике молитвы Древней Церкви использовались разные позы, жесты, положения тела. Молились стоя, на коленях, в так называемой позе пророка Илии, то есть стоя на коленях со склоненной к земле головой, молились лежа на полу с распростертыми руками, или стоя с воздетыми руками. При молитве употреблялись поклоны — земные и поясные, а также крестное знамение.

Почему вообще важно, чтобы тело участвовало в молитве? Почему нельзя просто молиться духом лежа в кровати, сидя в кресле? В принципе, можно молиться и лежа, и сидя: в особых случаях, при болезни, например, или в путешествии мы так и делаем. Но в обычных обстоятельствах необходимо при молитве использовать те положения тела, которые сохранились в предании Православной Церкви.

Зайдите в православный храм на великопостное богослужение и вы увидите, как время от времени все прихожане одновременно падают на колени, потом встают, снова падают и снова встают. И так в течение всей службы. И вы почувствуете, что в этой службе есть особая интенсивность, что люди не просто молятся, они трудятся в молитве, несут подвиг молитвы.

И зайдите в протестантскую церковь. В течение всей службы молящиеся сидят: читаются молитвы, поются духовные песни, но люди просто сидят, не крестятся, не кланяются, а по окончании службы встают и уходят. Сравните эти два способа молитвы в церкви — православный и протестантский — и вы почувствуете разницу.

«Научи меня молиться. Сам во мне молись»: кто на самом деле написал эту известную молитву?

Поклоны очень помогают молитве. Те из вас, у кого есть возможность на молитвенном правиле утром и вечером сделать хотя бы несколько поясных и земных поклонов, несомненно, почувствуют, как это полезно в духовном отношении. Тело становится более собранным, а при собранности тела вполне естественна собранность ума и внимания.

Во время молитвы мы должны время от времени осенять себя крестным знамением, особенно произнося “Во имя Отца и Сына и Святаго Духа”, а также произнося имя Спасителя. Это необходимо, так как крест — орудие нашего спасения. Когда мы полагаем на себя крестное знамение, сила Божия ощутимым образом присутствует в нас.

10. МОЛИТВА ПЕРЕД ИКОНАМИ

В церковной молитве внешнее не должно подменять внутреннее. Внешнее может способствовать внутреннему, но может и препятствовать. Традиционные положения тела во время молитвы, несомненно, способствуют молитвенному состоянию, но никоим образом не могут подменить собой главное содержание молитвы.

Нельзя забывать, что некоторые положения тела не всем доступны. Например, многие пожилые люди просто не способны делать земные поклоны. Есть много людей, которые не могут долго стоять. Мне приходилось слышать от пожилых людей: “Я не хожу в храм на службу, потому что не могу стоять”, — или: “Я не молюсь Богу, потому что у меня болят ноги”.

Вспомогательные средства важны, но они не могут подменить собой содержание. Одно из важных вспомогательных средств при молитве — — иконы. Православные христиане, как правило, молятся перед иконами Спасителя, Божией Матери, святых, перед изображением Святого Креста. А протестанты молятся без икон. И можно видеть разницу между молитвой протестантской и православной.

Но очень важно, чтобы икона не подменяла собой объект молитвы, чтобы мы не обращались в молитве к иконе и не пытались вообразить себе того, кто изображен на иконе. Икона — это только напоминание, только некий символ той реальности, которая за ней стоит. Как говорили Отцы Церкви, “честь, воздаваемая образу, восходит к первообразу”.

Икона не должна превращаться в идола. И не должно быть иллюзии, что Бог именно таков, каким Его изображают на иконе. Существует, например, икона Святой Троицы, которая называется “Новозаветная Троица”: она неканоническая, то есть не соответствует церковным правилам, но в некоторых храмах ее можно увидеть.

На этой иконе Бог Отец изображен в виде седовласого старца, Иисус Христос в виде молодого человека, а Святой Дух в виде голубя. Ни в коем случае нельзя поддаться соблазну вообразить себе, что Святая Троица выгладит именно так. Святая Троица — это Бог, Которого человеческое воображение не может представить.

Машина свалилась в обрыв, несколько раз перевернувшись. От нее ничего не осталось, но мы с водителем были целы и невредимы. Произошло это ранним утром, около пяти часов. Когда я вечером того же дня вернулся в храм, где служил, я обнаружил там нескольких прихожанок, которые проснулись в половине пятого утра, почувствовав опасность, и начали за меня молиться. Их первый вопрос был: “Батюшка, что с вами случилось?” Думаю, что по их молитвам и я, и человек, который сидел за рулем, были спасены от беды.

Мы должны молиться за своих ближних не потому, что Бог не знает, как их спасти, но потому, что Он хочет, чтобы мы участвовали в спасении друг друга. Конечно, Он Сам знает, что нужно каждому человеку — и нам, и нашим ближним. Когда мы молимся за ближних, это вовсе не значит, что мы хотим быть более милосердными, чем Бог.

Будем помнить о живой связи между нами и нашими ближними, и будем всегда вспоминать друг друга в молитве.

11. МОЛИТВА ЗА БЛИЖНИХ

Мы должны молиться не только за себя, но и за наших ближних. Каждое утро и каждый вечер, а также находясь в церкви, мы должны вспоминать наших родственников, близких, друзей, врагов и обо всех приносить молитву Богу. Это очень важно, потому что люди связаны между собою неразрывными узами, и часто молитва одного человека за другого спасает другого от большой опасности.

В жизни святого Григория Богослова был такой случай. Когда он был еще молодым человеком, некрещеным, он пересекал Средиземное море на корабле. Вдруг начался сильный шторм, который продолжался много дней, и ни у кого уже не оставалось надежды на спасение, корабль был почти затоплен. Григорий молился Богу и во время молитвы увидел свою мать, которая в это время находилась на берегу, но, как потом выяснилось, чувствовала опасность и напряженно молилась за сына. Корабль, вопреки всем ожиданиям, благополучно достиг берега. Григорий всегда помнил, что своим избавлением был обязан молитвам матери.

Кто-нибудь может сказать: “Ну вот, еще одна история из жизни древних святых. Почему же подобное не происходят сегодня?” Могу вас уверить, что и сегодня происходит. Я знаю немало людей, которые по молитвам близких были спасены от смерти или большой опасности. И в моей жизни было немало случаев, когда я избежал опасности по молитвам матери или других людей, например, моих прихожан.

Однажды я попал в автомобильную катастрофу и, можно сказать, чудом остался в живых, потому что машина свалилась в обрыв, несколько раз перевернувшись. От машины ничего не осталось, но мы с водителем были целы и невредимы. Произошло это ранним утром, около пяти часов. Когда я вечером того же дня вернулся в храм, где служил, я обнаружил там нескольких прихожанок, которые проснулись в половине пятого утра, почувствовав опасность, и начали за меня молиться. Их первый вопрос был: “Батюшка, что с вами случилось?” Думаю, что по их молитвам и я, и человек, который сидел за рулем, были спасены от беды.

12. МОЛИТВА ЗА УСОПШИХ

Мы должны молиться не только за тех наших ближних, которые живы, но и за тех, кто уже отошел в мир иной.

«Научи меня молиться. Сам во мне молись»: кто на самом деле написал эту известную молитву?

Молитва за усопших необходима прежде всего нам, потому что, когда уходит близкий человек, у нас возникает естественное чувство утраты, и от этого мы глубоко страдаем. Но тот человек продолжает жить, только он живет в другом измерении, потому что перешел в иной мир. Чтобы связь между нами и человеком, ушедшим от нас, не разорвалась, мы должны о нем молиться. Тогда мы будем чувствовать его присутствие, ощущать, что он не ушел от нас, что наша живая связь с ним сохраняется.

Но молитва об усопшем, конечно, нужна и ему, потому что человек, когда умирает, переходит в иную жизнь, чтобы встретиться там с Богом и ответить за все, что он сделал в земной жизни, хорошее и плохое. Очень важно, чтобы человеку на этом его пути сопутствовали молитвы близких — тех, кто остался здесь, на земле, кто хранит память о нем.

Человек, который уходит из этого мира, лишается всего, что давал ему этот мир, остается только его душа. Все богатство, которым он владел в жизни, все, что он приобрел, остается здесь. В мир иной уходит только душа. И душа бывает судима Богом по закону милосердия и справедливости. Если человек в жизни совершил что-то злое, ему приходится нести за это наказание.

Герой романа Достоевского “Братья Карамазовы” старец Зосима (прототипом которого был святитель Тихон Задонский) так говорит о молитве за усопших: “На каждый день и когда можешь, тверди про себя: «Господи, помилуй всех днесь пред Тобою представших». Ибо в каждый час и каждое мгновение тысячи людей покидают жизнь свою на сей земле, и души их становятся пред Господом — и сколь многие из них расстались с землею отъединенно, никому не ведомые, в грусти и тоске, и никто-то не пожалеет о них… И вот, может быть, с другого конца земли вознесется ко Господу за упокой его и твоя молитва, хотя бы ты не знал его вовсе, а он — тебя.

Сколь умилительно душе его, ставшей в страхе пред Господом, почувствовать в тот миг, что есть и за него молитвенник, что осталось на земле человеческое существо и его любящее. Да и Бог милостивее воззрит на обоих вас, ибо если уже ты столь пожалел его, то кольми паче пожалеет Он, бесконечно более милосердный… И простит его ради тебя”.

13. МОЛИТВА ЗА ВРАГОВ

Необходимость молитвы за врагов вытекает из самой сущности нравственного учения Иисуса Христа.

В дохристианскую эпоху существовало правило: “Люби ближнего твоего, и ненавидь врага твоего” (Мф. 5:43). Именно в соответствии с этим правилом живет большинство людей до сих пор. Нам естественно любить ближних, тех, кто делает нам добро, и относиться с неприязнью, а то и с ненавистью к тем, от кого исходит зло.

Но Христос говорит, что отношение должно быть совершенно другим: “Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих и гонящих вас” (Мф. 5:44). Сам Христос в течение Своей земной жизни неоднократно подавал пример и любви к врагам, и молитвы за врагов.

Когда Господь был на кресте и воины пригвождали Его, Он испытывал страшные муки, невероятную боль, но Он молился: “Отче! прости им, ибо они не знают, что делают” (Лк. 23:34). Он думал в тот момент не о Себе, не о том, что эти солдаты причиняют Ему боль, но об их спасении, ибо, совершая зло, они прежде всего наносили вред самим себе.

Мы должны помнить, что люди, которые делают нам зло или относятся к нам с неприязнью, не плохи сами по себе. Плох тот грех, которым они заражены. Ненавидеть надо грех, а не его носителя -человека. Как говорил святой Иоанн Златоуст, “когда ты видишь, что кто-то делает тебе зло, ненавидь не его, но диавола, который стоит за ним”.

Нужно учиться отделять человека от греха, который он совершает. Священник очень часто наблюдает во время исповеди, как грех реально отделяется от человека, когда тот в нем раскаивается. Мы должны уметь отрешаться от греховного образа человека и помнить, что все люди, в том числе и враги наши, и ненавидящие нас, созданы по образу Божию, и именно в этот образ Божий, в те зачатки добра, которые есть в каждом человеке, мы должны всматриваться.

Почему необходимо молиться за врагов? Это нужно не только им, но и нам. Мы должны находить в себе силы примиряться с людьми. Архимандрит Софроний в своей книге о преподобном Силуане Афонском говорит: “Ненавидящие и отвергающие брата ущербны в своем бытии, они не могут найти путь к Богу, любящему всех”.

Каждый раз, приступая к Богу Живому, мы должны быть абсолютно примиренными со всеми, кого воспринимаем как своих врагов. Вспомним, что говорит Господь: “Если принесешь дар твой к жертвеннику и там вспомнишь, что брат твой имеет что-нибудь против тебя… пойди, прежде примирись с братом твоим, и тогда приди и принеси дар твой” (Мф. 5:23).

И другое слово Господа: “Мирись с соперником твоим скорее, пока ты еще на пути с ним” (Мф. 5:25). “На пути с ним” — значит “в этой, земной жизни”. Ибо если мы не успеем примириться здесь с ненавидящими и обидящими нас, с врагами нашими, то в будущую жизнь уйдем непримиренными. А там наверстать то, что упущено здесь, будет уже невозможно.

14. СЕМЕЙНАЯ МОЛИТВА

До сих пор мы говорили главным образом о личной, индивидуальной молитве человека. Теперь я хотел бы сказать несколько слов о молитве в кругу семьи.

Большинство наших современников живет так, что члены семьи собираются вместе довольно редко, в лучшем случае дважды в день — утром за завтраком и вечером за ужином. В течение дня родители на работе, дети в школе, дома остаются лишь дошкольники и пенсионеры. Очень важно, чтобы в распорядке дня были какие-то минуты, когда все могли бы собраться вместе для молитвы.

Михаил Лермонтов {amp}quot;Молитва{amp}quot; - о чем стихотворение?

Совместная молитва укрепляет семью, потому что ее жизнь бывает по-настоящему полноценной и счастливой лишь тогда, когда членов ее соединяют не только родственные узы, но и духовное родство, общее понимание и мировоззрение. Совместная молитва, кроме того, благотворно влияет на каждого члена семьи, в частности, она очень помогает детям.

В советские времена запрещалось воспитывать детей в религиозном духе. Это мотивировалось тем, что дети должны сначала вырасти, а уже потом самостоятельно выбирать, идти им по религиозному или по безрелигиозному пути. В этом аргументе заключена глубокая ложь. Потому что, прежде чем человек имеет возможность выбрать, он должен быть чему-то научен.

А лучший возраст для научения -это, конечно, детство. Тому, кто с детства привык жить без молитвы, бывает очень трудно приучить себя молиться. А человек, с детства воспитанный в молитвенном, благодатном духе, с первых лет своей жизни знавший о существовании Бога и о том, что к Богу всегда можно обратиться, даже если потом отходил от Церкви, от Бога, все-таки сохранял в каких-то глубинах, в душевных тайниках полученные в детстве навыки молитвы, заряд религиозности.

Еще один момент. Сегодня во многих семьях есть родственники старшего поколения, бабушки и дедушки, которые воспитывались в безрелигиозной среде. Еще лет двадцать-тридцать назад можно было говорить, что церковь — это место для “бабушек”. Сейчас же именно бабушки представляют самое безрелигиозное поколение, воспитанное в 30—40-х годах, в эпоху “воинствующего атеизма”.

Очень важно, чтобы пожилые люди нашли свой путь к храму. Ни для кого не поздно обратиться к Богу, но те из молодых, которые уже этот путь нашли, должны тактично, постепенно, но с большим постоянством вовлекать в орбиту духовной жизни своих старших родственников. И через ежедневную семейную молитву это можно сделать особенно успешно.

15. ЦЕРКОВНАЯ МОЛИТВА

Как говорил известный богослов XX века протоиерей Георгий Флоровский, христианин никогда не молится в одиночестве: даже если он обращается к Богу в своей комнате, закрыв за собой дверь, он все равно молится как член церковной общины. Мы не изолированные индивидуумы, мы члены Церкви, члены единого тела.

Церковная молитва имеет совершенно особое значение и особый смысл. Многие из нас по собственному опыту знают, как порой трудно бывает человеку одному погрузиться в стихию молитвы. Но когда вы приходите в храм, вы погружаетесь в общую молитву многих людей, и эта молитва уносит вас в какие-то глубины, и ваша молитва сливается с молитвой других.

Жизнь человеческая подобна плаванию через море или океан. Есть, конечно, смельчаки, которые в одиночестве, преодолевая бури и штормы, на яхте пересекают морские пространства. Но, как правило, люди, чтобы пересечь океан, собираются вместе и на корабле движутся от одного берега к другому. Церковь — это корабль, в котором христиане вместе движутся по пути к спасению. И совместная молитва — одно из самых сильных средств для продвижения на этом пути.

О молитве - как правильно молиться?

В храме многое способствует церковной молитве, и прежде всего богослужение. Богослужебные тексты, которые употребляются в Православной Церкви, необычайно богаты по содержанию, в них сокрыта великая мудрость. Но есть препятствие, с которым сталкиваются многие, приходящие в Церковь, — это церковнославянский язык.

Сейчас много спорят о том, сохранять ли славянский язык в богослужении или переходить на русский. Мне кажется, что если бы наше богослужение было целиком переведено на русский язык, очень многое в нем было бы утрачено. Церковнославянский язык обладает большой духовной силой, и опыт показывает, что он не так уж и труден, не так уж сильно отличается от русского.

Итак, чтобы научиться молиться в церкви, нужно приложить некоторые усилия, чаще ходить в церковь, может быть, купить основные богослужебные книги и в свободное время изучить их. И тогда все богатство литургического языка и богослужебных текстов раскроется перед вами, и вы увидите, что богослужение — это целая школа, которая учит вас не только церковной молитве, но и духовной жизни.

16. ДЛЯ ЧЕГО НУЖНО ХОДИТЬ В ЦЕРКОВЬ?

У многих людей, изредка посещающих храм, складывается какое-то потребительское отношение к церкви. Приходят в храм, например, перед долгим путешествием — поставить свечку на всякий случай, чтобы ничего не случилось в дороге. Заходят на две-три минуты, спешно несколько раз крестятся и, поставив свечку, уходят.

Это неправильное отношение. Церковь — не автомат для покупки “сникерсов”: опускаешь монетку—и вываливается конфетка. Церковь — это то место, куда надо приходить, чтобы там жить и учиться. Если вы испытываете какие-то трудности или кто-то из ваших ближних заболел, не ограничивайтесь тем, чтобы зайти и поставить свечку. Придите в церковь на богослужение, погрузитесь в стихию молитвы и вместе со священником и общиной вознесите свою молитву о том, что вас тревожит.

Очень важно, чтобы посещение церкви было регулярным. Хорошо посещать храм каждое воскресенье. Воскресная Божественная Литургия, а также Литургия великих праздников — это то время, когда мы можем, отрешившись на два часа от наших земных дел, погрузиться в стихию молитвы. Хорошо прийти в церковь всей семьей, чтобы исповедоваться и причаститься.

Если человек научится жить от воскресения до воскресения, в ритме церковных служб, в ритме Божественной Литургии, то вся его жизнь изменится кардинальным образом. Прежде всего, это дисциплинирует. Верующий знает, что в ближайшее воскресенье ему придется дать ответ Богу, и он живет по-другому, не допускает многих грехов, которые мог бы допустить, если бы не посещал церковь.

Кроме того, сама Божественная Литургия — это возможность принять Святое Причастие, то есть соединиться с Богом не только духовно, но и телесно. И, наконец, Божественная Литургия — это всеобъемлющая служба, когда и вся церковная община, и каждый ее член могут молиться обо всем, что беспокоит, тревожит или радует.

Верующий во время Литургии может молиться и о себе, и о своих ближних, и о своем будущем, приносить покаяние за грехи и просить благословения Божия на дальнейшее служение. Очень важно учиться полноценно участвовать в Литургии. В Церкви есть и другие службы, например, всенощное бдение — подготовительная служба к причастию.

Можно заказать молебен какому-то святому или молебен о здравии того или иного человека. Но никакие так называемые “частные” службы, то есть заказанные человеком для молитвы о каких-то его конкретных нуждах, не могут заменить участие в Божественной Литургии, потому что именно Литургия — это центр церковной молитвы, и именно она должна стать центром духовной жизни каждого христианина и каждой христианской семьи.

17. УМИЛЕНИЕ И СЛЕЗЫ

В минуту жизни трудную,Теснится ль в сердце грусть:Одну молитву чуднуюТвержу я наизусть.Есть сила благодатнаяВ созвучье слов живых,И дышит непонятная,Святая прелесть в них.С души как бремя скатится,Сомненье далеко —И верится, и плачется,И так легко, легко…

В этих прекрасных простых словах великий поэт описал то, что очень часто происходит с людьми во время молитвы. Человек повторяет слова молитв, -может быть, знакомые с детства, — и вдруг чувствует, как наступает какое-то просветление, облегчение, появляются слезы. На церковном языке это состояние называется умилением.

“Как все это волнует меня. Я еще мальчик, подросток, но ведь я родился с чувством всего этого. Столько раз слушал я эти возгласы и непременно за ними следующее «аминь», что все это стало как бы частью моей души, и она теперь, уже заранее угадывающая каждое слово службы, на все отзывается сугубой родственной готовностью.

«Приидите, поклонимся… Благослови душе моя Господа», — слышу я, и у меня застилает глаза слезами, ибо я уже твердо знаю теперь, что прекраснее и выше всего этого нет и не может быть ничего на земле. И течет, течет святая мистерия, закрываются и открываются Царские врата, озаряются ярче и теплее своды церкви многими свечами”.

Не только великие поэты и писатели отзываются на то благодатное воздействие, с которым неизбежно связано посещение церкви. Это может испытать на себе каждый человек. Очень важно, чтобы душа наша была открыта к этим чувствам, чтобы, приходя в храм, мы были готовы принять благодать Божию в той мере, в какой она нам будет дана.

Если же состояние благодати нам не дается и умиление не приходит, не нужно этим смущаться. Это означает, что душа наша не дозрела до умиления. Но минуты подобного просветления — знак того, что молитва наша не бесплодна. Они свидетельствуют о том, что Бог отзывается на нашу молитву и благодать Божия касается нашего сердца.

18. БОРЬБА С ПОСТОРОННИМИ МЫСЛЯМИ

Как молиться дома и в храме

Одно из главных препятствий к внимательной молитве — появление посторонних помыслов. Святой Иоанн Кронштадский, великий подвижник конца XIX — начала XX столетия, описывает в своих дневниках, как во время совершения Божественной Литургии, в самые ответственные и священные моменты, перед его мысленным взором вдруг представал яблочный пирог или какой-нибудь орден, которым его могут наградить.

И он с горечью и сожалением говорит о том, как подобные посторонние образы и помыслы могут разрушить молитвенное состояние. Если такое случалось со святыми, то нет ничего удивительного в том, что это случается и с нами. Чтобы обезопасить себя от этих помыслов и посторонних образов, мы должны учиться, как говорили древние Отцы Церкви, “стоять на страже ума своего”.

У аскетических писателей Древней Церкви было детально разработанное учение о том, как посторонний помысел постепенно проникает в человека. Первая стадия этого процесса называется “прилогом”, то есть внезапным появлением помысла. Этот помысел еще совершенно чужд человеку, он появился где-то на горизонте, но проникновение его внутрь начинается тогда, когда человек останавливает на нем свое внимание, вступает в беседу с ним, рассматривает и анализирует его.

Чтобы этого не происходило, очень важно отсекать посторонние помыслы при первом же их появлении, не позволять им проникнуть в глубь души, сердца и ума. И чтобы этому научиться, нужно много работать над собой. Человек не может не испытывать рассеянности на молитве, если не научится бороться с посторонними помыслами.

Одна из болезней современного человека заключается в том, что он не умеет контролировать работу своего мозга. Его мозг автономен, и мысли приходят и уходят непроизвольно. Современный человек, как правило, вообще не следит за тем, что происходит в его уме. Но чтобы научиться настоящей молитве, нужно уметь следить за своими помыслами и те, которые не соответствуют молитвенному настроению, безжалостно отсекать.

Преодолению рассеянности и отсечению посторонних помыслов помогают краткие молитвы, — — “Господи, помилуй”, “Боже, милостив буди мне, грешному” и другие, — которые не требуют особой сосредоточенности на словах, но располагают к рождению чувства и движению сердца. С помощью таких молитв можно научаться вниманию и сосредоточенности на молитве.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Твоя молитва
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock detector